Двойная жизнь Розмари

– И? Если ты думаешь, что она резерв постоянно наполненным держит, то глубоко заблуждаешься. Скорее всего, перед сменами в больнице или накануне сбрасывает большую часть. К тому же ранги, что у нас, что у пространственников хоть и имеют минимальные ограничения по силе, даются вовсе не за неё, а за умения.

Герберт почувствовал себя идиотом.

– Леонарду уже сообщил? Ты ведь, надеюсь, с его согласия Розмари загрузил?

– Конечно, с согласия, – даже обиделся за такое предположение следователь. – Я ещё не сошёл с ума.

– Сомнительное утверждение, учитывая её состояние.

Как и подсказывали целительнице интуиция, опыт и знание о времени действия восстанавливающих снадобий, её пациентка как раз пришла в себя.

– Ну у тебя и видок, подруга, – оценила Гвендолин, присев рядом.

– Отстань, Гвен, – Мари зарылась в подушку.

– Где ты так? – не послушалась родственница.

– Изверга этого огневолосого спроси где. Это же ему потребовалось! И я понимаю ещё туда, но обратно почему сначала предложением пространственника Герт и общественным не воспользоваться было?! И потом видел же, что мне плохо, нет, уцепился в последний момент!

– Он переживает за тебя.

– Пошёл он! У меня дежурство завтра. Должно было быть.

– Уверена, это решаемо. Я подпишу заключение о нетрудоспособности.

– Решаемо. Переносом. Но проблема в том, Гвен, что с этим переносом весь мой тщательно распланированный и с трудом выстроенный график на этот месяц полетит к чертям! И это не говоря уже о том, что твое заключение будет на Розмари де Кирно.

– Зря ты так, – как можно мягче заметила целительница. Но, напоровшись на уничтожающий взгляд, вскинула руки ладонями вперёд: – Но дело ваше. – Указала на упаковку на тумбочке: – Это зачем?

– Отравилась на днях. – Сообщение заставило целительницу нахмуриться.

Гвендолин открыла тумбочку, оценила лежащие сверху коробки:

– Ничего серьёзного, говоришь? – женщина покрутила в пальцах один из препаратов.

– Сейчас уже нет.

– А тогда? Симптомы? Тошнота? Рвота?

– И то, и другое. И… сила вышла из-под контроля.

– Когда это было?

– Позавчера. Вечером.

– И ты согласилась сегодня таскать этого придурка?

– У меня не было выбора. Леонард уже дал добро.