Жена для Главы Ковена

Присаживайтесь -- и он указал на стул с высокой спинкой, стоящий напротив окна.

Макони села, разгладила платье, и, собравшись с духом, подняла голову, посмотрев в лицо лорда.

Он молчал, глядя на нее отсутствующим взором. Прошло пару минут, и леди Макони, не выдержав, разрыдалась.

Кивали вздрогнул и вернулся в реальность.

-- Леди Макони. что с вами? Успокойтесь, прошу вас.

Он не выносил женских слез.

-- Что случилось?

Макони посмотрела на него недоумевающим взором и пролепетала:

-- Так леди Самонет.

--- Гмм.. -- лорд окончательно пришёл в себя.

Сейчас мы обсудим все, леди Макони.

Он задумался на долю секунды.

-- Впрочем, я, пожалуй, сам поговорю с дочерью.

Прошу вас прислать мне ее.

Или… Нет. Я сам к ней спущусь. - и Кивали, кивнув своим мыслям, вышел из кабинета.

Леди Макони с величайшим недоумением смотрела ему вслед. Слезы высохли почти мгновенно, рыдания прекратились.

Она не узнавала лорда. Всегда собранный, невозмутимый, бесстрастный, строгий, даже властный, сейчас он показался ей почти обыкновенным… ну, живым человеком.

Мужчиной, выбитым из колеи.

По непонятной причине она вспомнила своего старшего брата, он таким бывал в моменты неиспорченной, нежной юности, когда Макони не исполнилось и пяти, а он, в свои пятнадцать, ещё не умел скрывать эмоции.

Макони встрепенулась. Странное поведение лорда ее заинтриговало.

-- Однако что делать мне? Ждать лорда или пойти к себе? -- Макони колебалась.

Привычного решения не существовало из-за непривычного поведения Кивали Сияющего.

-- Он не отпускал. Так ведь и я не слуга, а наемная воспитательница.

Макони встала со стула, потопталась рядом, и решительно подошла к окну.

-- В конце концов, мы, Макони, тоже имеем свою гордость, - подумала она.

-- Бедные. но гордые, - так любил говаривать батюшка.

Ах, батюшка, -- сердце леди Макони сжалось. Она так и не попрощалась с ним, не успела. Батюшка ушел рано, жизненные невзгоды и долги подкосили его.

-- Невзгоды, как же -- зло произнес внутренний голос, который так долго молчал, - выпивка его свела в могилу. Бренди проклятое.

Макони дернулась, и строго приказала внутреннему голосу; --Молчать!

Однако пережитый стресс давал себя знать, и голос вместо того, чтобы замолчать, распалился и заорал во всю:

-- Перестань врать себе!. Ты знаешь, как все было на самом деле, знаешь!

-- Я не хочу знать! -- и леди Макони заткнула уши руками.