Его строптивая невеста

Опасная преступница, свободно разгуливавшая по академии, да еще и с умением превращаться в любого человека, вызывает у кого угодно животный ужас.

Но как бы я ни старалась, как бы постоянно не оглядывалась, притаившегося за спиной дракона, я не заметила. Совсем. Будто его и не было. Может, он тоже умеет ходить по изнанке?

— Блейк, — шепнул Стоун, легонько касаясь меня по спине.

Я готовилась завопить, взвизгнуть что есть мочи, но на мои губы легла ладонь мужчины, который совершенно непозволительно затолкал меня в одну из ниш между окон.

— Тихо! — обозначил он, крепко удерживая меня одной рукой за талию, а второй не отпускал рот, готовый метнуть в него парочку словесных проклятий. — Хватит кусаться и брыкаться. Ничего я вам не сделаю. Будете молчать? — спросил он, показывая, что только тогда уберет ладонь.

Кивнув, не могла не доставить себе удовольствие и с силой пихнула наглеца коленом, метясь в стратегически важное место. Жаль, цель не поразила, но доставила весьма ощутимую боль.

— Проклятье! — совсем неаристократично ругнулся Стоун, но потом хмуро набросился на меня, награждая презрительным взглядом.

— Сами все видели, — яростно пищала я, не оставляя попыток выбраться. — Зачем вы меня схватили?

— Хочу донести до одной глупой девчонки, что она постоянно лезет, куда не надо. Если ее родители и старшие родственники не могут, то придется мне.

— Никуда я не лезла, — моему возмущению не было предела. — В чем вы опять меня обвиняете?

Пожалуй, можно успокоиться.

— А кто подслушивал мой разговор с ректором, вашим деканом и Кираном? — настаивал господин Рей. — И это после того, как я застал вас в его кабинете и отчитал? Вы понимаете, что творите?

В темноте было плохо видно, но я точно отметила ехидно выгнутую бровь ящера. И самое обидное было, что обвиняли меня практически незаслуженно.

— Так за что вы оболгали Марику? — продолжил он.

Как дракон стал главой тайной канцелярии? Логики в нем ни на грош.

— Никого я не оболгала, — склонила голову, понимая, что мой мучитель в жизни мне не поверит. — Она действительно не убрала растение, а я рассыпала его пыльцу... случайно. И услышала свое имя... случайно. А потом не отошла. Хотела, конечно, но дело касалось меня.