Ежка на грани

Что-то пошептала, и увидел Никита в блюде городскую стену и стоящее перед ней войско. Стена выглядела сильно хуже, чем прежде. По-прежнему летели снаряды и били тараны.

- Ну так как, убили вы Змея?

Никита лишь молчал, мрачнее ночи.

- Нельзя его убить. Тут другое нужно, - она провела рукой над водой и все исчезло. – Так что отправляйся в путь, богатырь. И поторапливайся. Привези мне Ежку и Чудище ее.

Дорога текла, как и не было ее. Рысь уверенно скакал по солнечному лесу. Ягиня сказала, что дорогу Рысю объяснила, и чтобы Никита не вмешивался.

Оброненная кем-то большая сума с рассыпанными вокруг золотыми монетками лежала на обочине дороги, но Никита не остановился. Может быть, золото и сделало бы его достойным какой-нибудь княжны, но только не Ежки. Лишь одна-единственная монетка имела для Никиты значение, и она всегда была с ним. Та серебряная, что Ежка ему за рубаху когда-то дала.

Леса шли еще долго, а за ними начались поля. Рысь неутомимо скакал по дороге меж двух полей – золотистого пшеницы и светло-зеленого ржи.

Однако первое же одинокое дерево, встретившееся на пути, оказалось с сюрпризом. Красивая девица в изорванной одежде, привязанная к нему, молила помочь ей. Никита молча проехал было мимо – да остановился. А что, если настоящая девица? В такой беде? Обернулся. Да тут Рысь фыркнул, недовольно мотнул головой и помчался вперед. Вслед ему еще долго летели мольбы и проклятия, но он не остановился и не вернулся.

Мимо следующего дерева, под которым маняще звенел ручеек, Рысь проскакал невозмутимо без остановки.

Потом появились горы. Рысь безошибочно находил, где можно пройти, и быстро, ни разу не придя туда, где дальше идти невозможно, добрался до верха. Здесь оказалось что-то вроде перевала, и отсюда уже было видно море. Как Никита не вглядывался, он не сумел разглядеть на берегу огромного Чудища и маленькую девочку рядом.

На перевале обнаружилась тропинка вниз. Рысь не пошел по ней, выбирая свой, другой путь. Но в результате немного позже все же вышел на ту же тропу – другой дороги не было, с одной стороны была скала, а с другой – пропасть.

Когда-то здесь была мощеная, укрепленная камнями узкая дорожка над обрывом. Теперь же то, что от нее осталось, выглядело весьма не устойчиво. Каменные глыбы нависали сверху, мелкие камешки и песок падали с обрыва вниз при каждом шаге.