Печать Демона

Уверен, всё порядке, – на губах Криса появилась обезоруживающая улыбка. – А что не в порядке – вылечит Натали.

– Заходите в дом, – попросила она, тоже стараясь улыбаться. – Я принесу аптечку.

Мои родные с подругой ушли. Я первой коснулась печати, подавая пример Крису. Но, кажется, забыла об ударе, что пропустила. Я нагнулась, прижимая ладонь к груди.

– И почему нельзя постоянно ходить в броне? – прошипела.

– Может, однажды, в будущем, – ироничная улыбка на его лице перетекла в гримасу боли.

Броня сменилась формой стража. Он обхватил грудь руками, тихо выругался сквозь стиснутые зубы.

– Пойдём лечиться, – перекинула руку Криса через свои плечи и повела его в дом.

Мама принесла нам аптечку и полотенце для Криса. Я отвела своего многострадального преподавателя в ванную, где мы закрылись. Быстро же мы оказались наедине.

– Я шутил про лечение, Натали, – он попытался забрать из моих рук аптечку.

– Не говори глупостей. Садись. Обработаем твоё лицо, потом глянем рёбра.

– Так не терпится меня раздеть? – иронично приподнял тёмную бровь.

– Будешь паясничать, я с тебя и штанишки сниму, чтобы обмазать синяки йодом.

Крис рассмеялся и сел на табурет, позволяя мне приступить к лечению. Эпила дома, само собой, не водилось. Я смыла кровь с его лица, обеззаразила рану и приклеила марлевую повязку пластырем. Потом в любом случае придётся идти к Доку за эпилом, чтобы ускорить заживление и исключить появление шрама.

Больше Крис не шутил, лишь наблюдал за моей реакцией, пока снимал пиджак и расстёгивал рубашку. Я старалась оставаться невозмутимой. В самом деле, что я никогда не видела безупречных торсов и идеальных кубиков на них?

Крис остался обнажён по пояс и послушно присел, ожидая осмотра. О том, что он в идеальной форме я и так знала, а теперь удостоверилась в этом лично. Мой преподаватель был преступно горяч, не стоило и спорить. Мускулистая грудь так и манила оценить твёрдость мышц. Под правой ключицей оказалась довольно крупная абстрактная татуировка, в узорах которой угадывались изображения пистолетов, меча и оказалась выбита дата, скорее всего, значимая для Криса.

– Что она означает? – не сдержавшись, я протянула руку к татуировке.

Мышцы напряглись под моими пальцами, взгляд льдистых глаз стал непроницаемым.

– Дата моей смерти.

Я отдёрнула руку и ошеломлённо посмотрела в его глаза, которые сейчас напоминали два ледяных кристалла.