Ронин

Профессионал выстреливал короткими сериями ударов, не забывая про собственную защиту. Попадать второй раз под тяжёлую руку русского атлета англичанину не хотелось. Он понимал, что Алексей специально выматывает противника, выжидая удобный момент для единственного сокрушительного удара. Любому было видно: русский не владеет приёмами бокса, но вот энергии в молодом парне немеряно – на нём даже рубаха не вспотела.

Джону с трудом удалось загнать юркого соперника к канатам. Болельщики опять попытались помочь – подставить русскому подножку.

Алексей, «не замечая» подставы, двинулся вдоль каната. Он «нечаянно» наступил босой пяткой на носок выставленного матросского ботинка, резко перенеся вес тела на опорную ногу (ну и, конечно, ещё в довесок прибавил пару центнеров, используя вектор усиленной гравитации).

Дикий визг подлого морячка огласил порт, соревнуясь в громкости с пароходным гудком. Крепкий носок ботинка превратился в растоптанный блин. Потерявший сознание матрос повис на канате.

Боцману опять пришлось прервать бой.

Рефери никак не мог наказать «неуклюжего» русского, а очень хотелось – уж третьего члена экипажа калечит. Боцман попытался невзначай вмешаться в поединок, заняв центр ринга, тем самым помогая Джону вытеснить русского к канатам.

Однако шустрый паренёк начал кружить по рингу, прикрываясь боцманом, как щитом. Рефери вынужден был сам убраться к канатам, чтобы дать Джону возможность дотянуться до юркого соперника. Передышку запыхавшемуся англичанину дал вовремя прозвучавший гонг (у самого кока часов не было, но зато капитан посчитал, что время второго раунда вышло, и произвёл отмашку).

Экипаж судна не возражал, а японские грузчики в правилах бокса разбирались ещё меньше казака.

– Подличают, гады, – охарактеризовал творимый на ринге беспредел Андрей и выдал установку подопечному: – Алексей, не дожидайся конца третьего раунда, англичане его объявят, когда захотят. Не заигрывайся, вали бычка сразу. Не то проиграем по очкам, тогда плакали наши денежки.

– Я обещал его не бить, – загадочно улыбнувшись, напомнил товарищам атаман.

– Ты же хозяин своему слову – возьми обратно, – подмигнул беспринципный анархист.

– Я дерусь честно, – нахмурил брови Алексей.

– Вот и двинь англичанину в морду… честно, – не понял, в чём проблема, «тренер».

– Решил не бить – значит, так тому и быть, – упёрся казак. – Враг сам выдохнется и сдастся.

– Эх, плакали наши денежки, – горестно вздохнув, попрощался с гонораром казначей.