О бедной сиротке замолвите слово

А мастер сидел на корточках и разглядывал меня… как студент лягушку, прикидывая, с чего препарацию начать.

- Простите.

- Как самочувствие? – он наклонился и сдавил ладонями мою голову. – Смотри-ка на лампу…

- Глаза слезятся.

Лампа была яркой и желтой, самое оно для мотыльков. И мошкары. Той разноцветной, которая вьется перед глазами… и так вьется, и этак… целые водовороты… а еще мастер со своими…

- Дыши глубже… ровнее… вот так… давно это с тобой?

- Что? Бессонница?

- Устаешь давно?

- Давно, - мне хочется с ним соглашаться.

И вообще мастер – чудеснейший человек. Со мною вот возится… у него наверняка своих дел множество, а он возится… и в госпиталь пристроил…

- Варнелии говорила?

- Нет.

Ощущения какие-то розово-зефирные, что ли? А я так давно зефира не ела… я его люблю и очень. Халву так себе, а вот зефир… пушистый и мягкий, как мамин плед, тот, который в прошлом году на мусорку вынесла… я его берегла, как умела, даже мамаше не давала, когда она… а она все равно нашла и подожгла. Как же, воспоминания… у всех воспоминания, только под пледом этим я засыпала нормально, а…

- …как ты не заметила? – мастер сердится.

Зря.

Злость, она не то, чтобы вовсе неправильная, скорее уж нерациональна. Да и вовсе эмоции – это лишнее… я точно знаю.

- Я к ней не слишком-то и приглядывалась… ты же не в качестве пациента ее привел.

А мастер Варнелия чувствует себя виноватой. Самую малость. Но это тоже глупо.

Я бы сказала, но лень…

- Ничего, пару дней отлежаться и ограничивающие браслеты поносит, пока каналы окончательно не стабилизируются.

Повезло, что не перегорела… я видела, что она устает, но никогда ведь не жалуется.

У мастера сила холодная.

Фисташковое мороженое… Вадик постоянно мороженое покупал, а я его не люблю, вот… не понимаю и все. Но ела. Еда – это важно, а для удовольствия – зефир.

Обязательно куплю себе.

Пачку или две… или три даже, и съем.

- Маргарита, - меня легонько похлопали по щекам. Приподняли. Прижали к губам горлышко очередного флакона. – Ну же, будьте хорошей девочкой, сделайте глоток…

Это он зря.

Я не хочу быть хорошей девочкой… хорошие девочки не умеют за себя постоять. Хорошие девочки влюбляются в неподходящих парней, верят им, рожают детей, а когда вдруг остаются одни, сходят с ума, не смирившись с предательством.

Я лучше буду плохой.

Плохих обидеть сложнее…

Но пью. От зелья тянет тухлой водой, да и кислое оно настолько, что зубы сводит. Зато почти сразу отступает туман, в котором я плавала.