1. Пари на пятьдесят золотых (псевдоним: Тата Орлова)

- Этот вопрос тоже лучше оставить без ответа, - не оглянулся брат, выводя меня на галерею, но не ту, которую я видела в холле. Провел вдоль одной стены – здесь они были каменными, дойдя до последней двери, прежде чем открыть, тронул грубую ручку.

Сияние я заметила лишь потому, что ожидала увидеть нечто подобное, а так бы пропустила, настолько легким, похожим на иллюзию оно было.

- Коснись, - приказал он. Когда я повторила за ним, ощутив, как по коже скользнуло холодком, открыл дверь. – Можешь пока принять ванну, а я посмотрю, как устроились остальные.

- А Бригитта? – уже сделав шаг, остановилась я.

- Ей здесь будет, чем заняться, - успокоил меня Агжей.

- Так и пойдешь мокрым? – нашла еще один предлог задержать брата. Не признаваться же, что меня слегка потряхивало от какого-то непонятного волнения.

- Ты за меня беспокоишься? – нарочито громко произнес Агжей, искоса посмотрев в ту сторону, откуда мы пришли.

- Предоставлю эту возможность твоим многочисленным девочкам, - неприязненно бросила я и, сделав тот самый шаг, захлопнула дверь у него перед носом.

– Вот и поговорили, – добавила недовольно, присаживаясь на стоявший у стены пуф. Стянула сапоги, сняла носки и, встав, уже босиком ступила на толстый безворсовый ковер. 

Комната была большой, обставлена хоть и скудно, но добротно. Кровать, на которой спокойно уместились бы и четверо, заправлена внешне простым, но явно не дешевым покрывалом. Шкаф, стоявший так, что его легко было передвинуть, закрывая им дверь.

Кресло, два стула у небольшого стола. Окно закрыто внутренними ставнями, да так плотно, что без тщательного осмотра понять, где скрывался замок, мне не удалось.

Единственным украшением помещения был камин, но и тут красота была грубой, без малейшего намека на вычурность.

Обойдя все по кругу, открыла еще одну дверь. Та вела в купальню, выглядевшую так же скромно, как и все остальное. Но для меня это особого значения не имело, главное, здесь была горячая вода, что смиряло со всем остальным.

Когда я, помывшись и переодевшись в чистое, вернулась в комнату, Агжей уже стоял у стола и, склонившись,  рассматривал разложенную на нем карту.

- Сообщение от дяди? – правильно оценила я его раздражение. И ведь посмотришь – не заметишь, если только не чувствовать напряжение, которым была пропитана внешняя расслабленность.

- Да, - выпрямился он. Посмотрел на меня холодно, с прищуром. – Треть отряда осталась в болотах. Уже навсегда.