Невеста по приказу

Если уж разбираться, то так, чтобы и самой утвердиться, и прислугу приструнить.

– Будьте добры, напомните, чем занимается личная горничная? – бросила она через плечо, переплетая косу. Привычные действия успокаивали и позволяли сосредоточиться.

– Камеристка помогает хозяйке причесываться и одеваться, следит за нарядами, сопровождает во время путешествий и так далее, – безжизненный голос четко озвучил обязанности.

Лиля обернулась:

– И как давно вы служите в этом качестве?

– Много лет.

– А как давно в Златодоле?

– Около года.

О, ну тогда все понятно! Лиля вздохнула с облегчением. Около года дамочка не имела никаких хлопот, жила в свое удовольствие, а тут надо же, внезапность – хозяйка появилась!

– Принесите обед сюда, пожалуйста. Я сегодня предпочла бы отдохнуть.

Лиля холодно улыбнулась, уже заранее зная, как можно поставить камеристку на место. Осталось лишь дождаться подходящей ситуации.

Матильда презрительно кивнула и вышла.

На самом деле аппетита особо нет, но просто так спрятаться в комнате было бы нелепо.

Пока она поняла лишь одно: строить из себя великосветскую мадам ужасно скучно. Все эти правильные слова и выражения, снобизм в голосе, лед во взгляде и повелительные жесты вместо искренних эмоций чересчур помпезны и отвратительны. Похоже, настоящая леди из нее никогда не получится.

Стоило так подумать, как дверь приоткрылась, и Матильда внесла поднос с яствами.

Лиля опять улыбнулась, специально растягивая губы как можно шире:

– Спасибо!

– Миледи еще что-нибудь желает?

– Нет. Все просто замечательно. – И, пожав плечами, добавила: – Я передумала сидеть в одиночестве. Так давно не была дома, почти все забыла. Устроите экскурсию? Кстати, Матильда – весьма милое имя, а можно я буду звать вас Мотей? Вы же не против?

Видимо, такое обращение все-таки ввергло камеристку в шок.

– Переборщила, – самой себе призналась Лиля. – Но не идти же на попятную. Придется играть роль эксцентричной особы до конца и наслаждаться этим. Иначе к приезду лорда у всех будет похоронное настроение. А мы не можем доставить такого удовольствия жениху, так ведь? – спросила она у отражения в зеркале.