Практика в боевой академии-2. Его рыжая проблема

Второй стук был в окно и исключительно для вида,  так как оно у меня было распахнуто настежь. Через минуту  показалась физиономия Ара.

— Давай быстрее! – велел он без предисловий. — Ты чего ушла? Кто нам будет показывать идеальное место для хранения провианта?

Я думаю, тут и говорить не нужно, какой выбор я сделала? Может быть, и прав был Кельвин, когда говорил, что я всегда выбираю Ара. Впрочем,  я же не виновата, что развлечения, которые предлагает друг, мне нравятся неизменно больше, чем разговоры по душам с Кельвином? Вот сами посудите, выслушивать нытье Кельвина или прятать самый важный студенческий клад – еду и выпивку?

Ар помог мне выбраться из окна и спустится на землю.

— Что как долго? – Он подскочил при нашем приближении, сразу же готовый бежать.

— Летели, как могли! – Отсалютовала я ему, поправляя юбку, которая помялась, пока я занималась разными акробатическими трюками, слезая по стене дома.

— Есть идеи, куда будем прятать? – деловито уточнил Ар.

— Тут есть старый сарай, — начала я. — Я туда заглядывала.  Кажется, в нем хранятся все ненужные вещи из дома. Даже если туда полезут искать – точно не найдут, потому что  — это бесполезно. Скорее, завалит хламом, чем попадется нужная вещь, особенно если не представляешь, в  каком углу этого бардака искать. Предлагаю переместить туда.

Это предложение всех устроило, и мы отправились в сторону зарытых сокровищ.

Там из неаккуратно разрытой могилы торчала жабулья задница с подергивающимися короткими и кривыми задними лапками.

Жабуль хрюкал,  растопыривал перепонки на лапах, но вылезти не мог.

Только потянув за толстое, покрытое слизью тельце, мы поняли почему – в пасти прожорливое создание сжимало  грязный, обмусоленный и уже малость пожеванный окорок.

— Вот, да что же ты за… — выругался Ник, а жабуль бешено вращая вытаращенными глазюками, вывернулся у парня из рук и кинулся наутек с добычей, отбирать которую, впрочем, никто не спешил.

— А я ведь говорила, что оставлять тут еду – плохая идея, — заметила я, изучая ошарашенные лица парней, который не ожидали такой подставы от слишком уж наглой и прожорливой живности Валенсии.