Мой единственный мужчина

Точно знала, что за этим коротким предложением прячутся вовсе не сожаление и желание исправить ошибку. Отец все и всегда делал из соображений получить выгоду.

— Насчет обещания разрушить мою жизнь ты тоже погорячился? — не удержалась я. — Все свои связи в академии, полагаю, подключил, чтобы не дать мне пройти практику и получить диплом.

— Я надеялся, ты одумаешься и вернешься в семью, — сказал он, не сводя с меня глаз. — Я допускаю, что ты попала под пагубное влияние Тайгетты и ее… мужа, — последние слова он буквально выплюнул, с трудом сдерживая злость.

— Отношения с сестрой ты называешь оступилась? — поинтересовалась я, отмечая, что на стоянке, где мы общаемся, никто так и не появился.

— Да, именно так. Эта глупая взбалмошная девчонка наплевала на всех нас, поставила под удар семью, попыталась помешать моим делам. Впрочем, чего ждать от монстра!

— Я настоятельно советую тебе тщательно подбирать слова, когда говоришь о Тай, — резко ответила я.

Это надо же, назвать мою сестру — серьезную, ответственную, смелую и искреннюю в проявлении любых чувств — взбалмошной девчонкой! Ее-то, одну из лучших выпускниц Ариатской Звездной Академии, блестящего пилота.

Про монстра я вообще молчу. Тай контролировала дар, развивала его и всегда помогала людям.

Взгляд отца вспыхнул яростью, он не терпел, когда кто-то ему возражал, его авторитет в нашей семье был непререкаем.

— И давай напомню тебе, вдруг успел забыть, что и я обладаю третьим уровнем способностей, — закончила, старательно не повышая голос.

Все же, спасибо учебе, сдерживать эмоции и чувства нас, будущих дипломатов, учили практически с первого дня все пять лет.

— У тебя он не настолько ужасен, с ним можно смириться, — заявил отец, и я чуть не рассмеялась.

То есть Тай — монстр, а я — нет. Вывод напрашивался один, и тянуть, чтобы выяснить правду, я не видела смысла.

— Что тебе от меня нужно?

Он смерил меня тяжелым взглядом, явно подумал, что играть в хорошего отца поздно, здесь Мариус уже просчитался.

— Хочу предложить работать… на меня, — сказал прямо. — Знать, что чувствуют мои конкуренты и сотрудники, их слабости и постыдные тайны, весьма…

— Нет, — отрезала я.

Да за кого он меня принимает? За шпионку, способную заниматься грязными делами? Да я с того момента, как появился дар, всеми силами избегала прикосновений к ариатам, чтобы ненароком не влезть в чужую жизнь.