Капитан Химеры

И что они с ними сделают? Принесут в жертву своим кровавым богам?

– Готовьте оружие, – бросил капитан. – Жель, ты тоже. Асази! Ты знаешь, что делать.

Клара судорожно сглотнула. Снова и снова она пыталась найти выход, но все упиралось в одно – выбраться из ловушки без кода невозможно. Их отбуксируют на станцию и только там, убедившись, что пленникам некуда бежать, введут код отмены, чтобы пробраться на “Химеру”.

Саджа всемогущая, что же делать?!

– Наварро!

Она подняла взгляд и растерянно уставилась на Бальтазара.

Он заступился за нее перед матерью – и что теперь? Может, она была права? И Клара только все портит и, вообще, непутевая и негодный пилот? Если каким-то чудом они выберутся, то Клара точно вылетит на первой же планете. Позор! Не смогла справиться, проявила беспечность.

– Я не собираюсь вас увольнять, – твердо сказал Бальтазар, и девушка не сразу поняла, что всю эту тираду выдала вслух. – Готовьтесь. И не подставляйтесь без нужды, ясно? Не хватало, чтобы вам голову отстрелили.

Он стянул куртку и небрежно бросил ее на спинку кресла, повел внушительными плечами, а сверкающие полосы под кожей налились глубоким кобальтовым цветом.

– Когда начнется самое интересное – держитесь от меня подальше. Не хотелось бы случайно вас зашибить.

– “Самое интересное”? – Клара вообще ничего не понимала и никак не могла поверить, что Бальтазар сохраняет спокойствие, хотя они по уши в дерьме!

– Вам же было интересно, как это работает, – он выразительно указал на свои модификации и двинулся к выходу.

Глава 22

Бальтазар никогда не относил себя к людям терпимым.

Он ненавидел плохой кофе и не выносил женщин, пытающихся втиснуться в пилоты и наемники.

Ненавидел их самоуверенность, способную разрушить любой план, истеричность и попытку переложить проблемы на чужие плечи. Так всегда происходило, исключений не было.

Вообще Бальтазару не нравились люди, которые вынуждали пересматривать привычные вещи, меняться и подстраиваться под перемены, которых, видит Саджа, в его жизни и так было достаточно.

Проклятье, он был слишком стар для перемен, но мироздание никак не хотело оставить Бальтазара в покое и позволить жить в мире, к которому он привык.