Капитан Химеры

Что все совсем не так однозначно, что под толстой шкурой, давно загрубевшей и покрытой прочными пластинами брони, бьется самое обычное человеческое сердце: изможденное, отчаявшееся, переполненное проблемами и сожалением о прошлых ошибках.

Украдкой бросив взгляд через плечо, Клара разглядела капитана, замыкающего их шествие. Усталость заострила его черты, сделав их хищными и жесткими, глаза мерцали сильнее обычного, а в уголках рта появилась хорошо ей знакомая упрямая складка.

Заметив, что Клара совершенно бессовестно его рассматривает, де Сото слабо усмехнулся и кивком указал вперед.

Как раз вовремя, чтобы девушка успела избежать позорного столкновения с деревом.

“Хватит пялиться! – одернула себя Клара и покраснела до самых кончиков ушей. – Успеешь еще, когда все закончится”.

Тропинка все тянулась и тянулась, тяжелый воздух мучительно давил на плечи, а Клара запрещала себе расслабляться, и даже когда лисы заскулили и попросили передышки, она не позволила им остановиться.

– Скоро отдохнем, – уверила она рыжего Эндо.

Зверь кивнул, послушно потопал дальше, а Клара прислушалась к окружающей тишине, пытаясь уловить что-то постороннее, но все было спокойным и неподвижным. Только шуршала пыль под ногами, похрустывали мелкие камешки и высохшие ветки, а над головой шумели густые кроны.

Через час уже никто не обменивался ни единым словом. Только Асази иногда ворчал, что планета эта явно не для людей, – после чего Эндо заявили, что не так уж здесь и плохо.

Когда за спиной раздался рокочущий приказ Бальтазара заткнуться, все окончательно смолкло, и через несколько минут Клара заметила впереди долгожданный просвет.

Деревья расступились, а девушка охнула и остановилась, цепляясь за ближайший ствол. Лес закончился на самом краю крутого обрыва. При желании можно было спуститься, но Клара даже не посмотрела вниз, захваченная открывшимся видом.

Впереди, упираясь прямиком в облака, возвышалось еще одно дерево, рядом с которыми те гиганты, что росли вокруг, казались просто настоящими малышками.

От колосса исходило слабое свечение, и лисы, подавшись вперед, в один голос заголосили, будто нечто звало их, тянуло к себе.