Девиант в Академии Стражей (чужая среди своих)

Вечером по обыкновению я долго лежала в постели, дожидаясь, пока Марс уснет, чтобы снять протез. И пусть мой наставник уже не раз доказывал, что он лучше и порядочнее многих, открываться настолько мне было боязно. Но он сам завел опасную тему.

— Разве тебе не нужно снимать протез на ночь? — спросил он, зевнув.

— Откуда ты знаешь? — охнув, я села в постели и зажгла одну из ламп. — Признавайся, наводил справки?

— Угу, — кивнул он. — Не хочу, чтобы у моего подопечного были проблемы из-за излишней стеснительности.

Зато не отказался бы прикоснуться к лунному металлу.

Я нервно сглотнула. И дался ему этот металл…

С одной стороны, он прав: нельзя скрываться вечно от того, с кем делишь комнату. Но с другой… Как же это ужасно. Так стыдно и неловко… Но я же теперь мужик?! Разве нет? Это женщины должны быть идеальны во всем. Мужчинам это не обязательно, их шрамы только украшают. Вроде бы…

«Ну, давай девочка, ты мужик, — уговаривала я себя. — Просто сделай это!»

Наверное, легче было бы столкнуться с драконом, чем совершить то, что я собиралась.

Откинула одеяло и, не глядя на Марса, закатала левую штанину. Обычно специальные присоски отщелкивались на раз-два, но сегодня непослушные пальцы заметно подрагивали и не слушались. Я провозилась больше трех минут — непростительно долго для бравого парня. Но совсем недолго для испуганной девушки.

— Блин, заело! — последняя присоска никак не хотела открепляться, хоть тресни. — Только этого не хватало…

— Давай, помогу, — нашелся Марс. — Наставник для того и нужен, чтобы помогать во всяких непредвиденных ситуациях.

Мне захотелось завыть в голос. Но вместо этого я крепко зажмурилась, позволяя Марсу опуститься около меня на колени и заняться протезом. Ему легко удалось отцепить последнюю присоску. Меня трясло, как в лихорадке. Бросало то в жар, то в холод, а по спине пробежала струйка липкого пота. Я чувствовала дыхание Марса на своей здоровой ноге. А к другой прикоснулись его пальцы.

— Офигеть… — проговорил он. — Такой след действительно мог оставить только сильный, магически одаренный противник.

Марс отставил протез, потеряв всяческий интерес к лунной стали. Зато он с жадностью рассматривал потемневшие, несмотря на прошедшее время, края раны. Подушечки его пальцев коснулись отмершей плоти, а после пробежались выше, в прямом смысле задев за живое. Он трогал мою ногу ласково,откровенно нежно, и от этого ощущения нестерпимой неги мне вдруг захотелось сдохнуть.

— Хватит! — истерически взвизгнула я.