Самая плохая адептка

— Эта точно подействует, — приободрила я женщину, вспомнив слова из рекламы белил, продающихся в нашей сети аптек: «Белоснежный цвет: доверься ему — и пятен нет».

Увы, я ошиблась. Серебристо-фиолетовые волоски из второй группы, как только на них попал отвар, начали темнеть на глазах. А спустя несколько секунд приобрели цвет вороного крыла.

— За это он меня точно выгонит, — вздохнула я, прикидывая, что ректору черные волосы не пойдут. — Можно было бы к декану Матеушу за консультацией обратиться, но лер Тори запретил обсуждать это с кем-либо в академии.

— И я его понимаю. Светлый маг высшей категории попал впросак, стыдно перед коллегами, — искренне посочувствовала ректору директриса. — Сам-то он, поди, не зельевар?

— Не зельевар, — подтвердила я. — Он на магическом праве и бытовой магии специализируется.

Вспомнила, как кто-то из старшекурсников восхищался тем, что ректор одним легким заклинанием может очистить помещение от посторонних. А кто-то, наоборот, возмущался, что академией руководит не стихийник и не некромант.

— Идеально было бы красящую настойку для приема внутрь приготовить, как я делаю для своих аптек, — посетовала я. — Но не знаю, как она с королевским антидотом будет взаимодействовать. К тому же я больше на омолаживающих эмульсиях и на примочках красоты, увеличивающих грудь, специализируюсь.

— Хорошо, что ты не с ними опыты проводила, — пряча улыбку, произнесла лира Эндрю. — А то бы мы твоему ректору не помогли. Пришлось бы к королевскому лекарю обращаться.

— Это да, там эффект до полугода держится, — подтвердила я и хихикнула, представив ректора Тори с внушительным бюстом. — Даже думать боюсь, что бы он со мной тогда сделал. Не иначе как сдал бы некромантам на опыты.

— Надеюсь, обойдется без жертв, — подбодрила меня лира Эндрю и взялась за колбу с ярко-лимонной жидкостью.

Она капнула настойку на оставшуюся тоненькую прядку ректорских волос, пошел подозрительный зеленоватый дымок, да и запах тоже оставлял желать лучшего — потянуло тухлятиной. Мы с лирой Эндрю нахмурились, но когда дым рассеялся — радостно рассмеялись. Волоски в третьем образце стали белоснежными!

— Ура! — с облегчением выдохнула я.