Самая плохая адептка

А пока учись, все подробно записывай, а я проверю.

— Э... а как же мои вещи? — промямлила я.

— А я привезла! — мило улыбнулась тетя, подвинув ногой одиноко стоявший в коридоре саквояж. — Марта на всякий случай собрала, а я на всякий случай прихватила. Теперь, когда я убедилась, что заведение приличное, а ты в надежных руках, можешь остаться. В пятницу вечером мой водитель будет ждать тебя на станции в Будеже. Не провожайте!

Тетя Лижбет отправила мне воздушный поцелуй и направилась к выходу. Мы с лирой Эндрю одновременно прильнули к окну и наблюдали за тем, как тетушка садится в шикарный мобиль.

— А теперь рассказывай, Валежка! — строго произнесла директриса, как только мобиль скрылся за поворотом.

— Я не Валежка, я Элиска, — ошарашила лиру Эндрю и честно во всем призналась.

Рассказала и о помолвке, и о нашем с сестрой плане, и об учебе в академии.

— Вы не переживайте, отец обязательно заплатит и за курсы, и за проживание, — успокоила я женщину. — Только не выдавайте меня! Ведь учеба в академии — моя мечта!

— Значит, ты старшенькая Элиска? — уточнила лира Эндрю после моего рассказа.

Я подтвердила и это. Как говорится, помирать, так с музыкой.

— Он меня с первого экзамена невзлюбил, а я... а мне...

— А он тебе нравится. — Лира Эндрю посмотрела на меня с сочувствием.

— Вовсе он мне не нравится, — пробурчала я. — Чувствую его предвзятое ко мне отношение и, боюсь, до сессии не дотяну. А хотелось бы сдать... доказать... влюбить... В смысле добить... Ой!

— Пусть будет так, — согласилась лира Эндрю. — Зелье мы приготовим. Только нужна...

— Красная рута? Так я достала! — И вытащила из кармана листики руты.

— Даже не спрашиваю, где ты нашла этот редкий цветок, — усмехнулась наставница. — Но чтобы зелье сработало, нужен какой-нибудь предмет, принадлежащий объекту.

— Одежда?! — ойкнула я, представив, как снимаю с ректора Тори пиджак. А лучше рубашку.

— Любой личный предмет. Расческа, кольцо...

— Носки... — подсказал я, а лира Эндрю фыркнула.

Поправив очки, она строго произнесла:

— Лучше расческу, можно пуговицу, перо, книгу, но только ту, что принадлежит ему. Дело в том, что на предметах, которых касался твой ректор, остается частичка энергии.