Самая плохая адептка

— Потто! Относятся к отряду сумчатых дасуроморфий, — с важным видом пояснил магистр, не обращая внимания на фырканье и насмешки.

Хомяки, которые на самом деле оказались потто, вновь выглянули из укрытия, а я теперь обратила внимание, что шерстка у них серая, местами бурая с золотистым отливом, грудки белые, мордочки широкие, с крупными ушами и длинными усами, а глаза большие и умные. Зверьки стояли на задних лапках, а передними придерживали дверь. Тот, что покрупнее, возвышался над мелким и как бы невзначай терся носом о пушистую макушку собрата.

— Очень умные ребята, — улыбнулся существам магистр, а мне показалось, что те улыбнулись в ответ. Во всяком случае, звери продемонстрировали ряд крепких острых зубов. — Одного я назвал Василиусом. Вася, значит. А помельче — Базилиусом. Базя.

— Оригинально, — хмыкнула Вилка и тут же взвизгнула.

Она попыталась отскочить с места, но не смогла — ее ноги обвила та самая змея с головой лисицы. Как животное незаметно подкралось, загадка. Зверюга прижала морду к Вилкиной ладони и мечтательно прикрыла глаза.

— Вот и чудесно! — обрадовался смотритель. — Полли уже выбрала того, кто за ней будет ухаживать.

— Фамилия? — прозвучал позади нас командный голос куратора.

Лер Дуб стоял у выхода и прикрывал тылы, чтобы никто не сбежал: ни звери, ни студенты.

— Войта, — едва слышно промямлила Вилка, боясь пошевелиться в «объятиях» существа.

— Адептка Войта, закрепляю за вами змия! А за вами, адепт Воганька, — потто. Две штуки.

— Полли не змий, а магический гибрид аспида и рейнеке, — поправил куратора смотритель.

— А мне тогда курицу! — Осознав, что хомяки уплыли, пухлый адепт ринулся к серой пятнистой кошке с птичьей головой и крыльями.

Та недовольно рыкнула и отвернулась, явно не обрадовавшись знакомству.

— Крылатик у нас — карликовый альрун. Удивительное существо! О нем я расскажу чуть позже, а пока предлагаю завершить знакомство. Кто будет ухаживать за дракономопсом? — поинтересовался магистр Костюшко, указывая на неуклюжего маленького зверя с короткими лапками, вытянутым зеленым туловищем и головой дракона.

Животных осталось всего ничего, да и нас трое — я, Яцек и Змиевский. Правда, последний в нашем обсуждении не участвовал, он, словно зачарованный, смотрел на кого-то в дальнем загоне. Только я хотела согласиться на дракономопса, как тот подбежал к конопатому Яцеку и уселся возле ног. Парень не растерялся, погладил зверя за ухом.