Мой темный господин, или Семь кругов тьмы

Как и в прошлый раз, Холодный сидел на дереве. Но с моим появлением изящно спрыгнул, словно перетек с ветки на землю.

– Извини, я в последнее время совсем…

– Да-да, – кивнул он с понимающей усмешкой. – Совсем некогда бродить по лесу. Много занятий. Но ты все же пришла.

– Пришла, – я не стала говорить правду. А ведь оказалась на этой поляне случайно, совсем забыла, что здесь можно встретить Холодного!

– Тогда прогуляемся? – предложил он.

– По лесу?

– Можно и по лесу, – он пожал плечами. – Испугалась?

– А есть чего бояться?

– Со мной – вряд ли, – усмехнулся Холодный.

– Почему?

– Не любят мертвых, наверное?

От его фразы, сказанной так просто и беспечно, по спине побежал холодок. Как можно спокойно говорить о собственной смерти?

– Ты хочешь что-то мне показать? – предположила я с улыбкой.

Несмотря на все странности, Холодный мне определенно нравился.

– Может быть, – он таинственно улыбнулся.

– Пойдем! – решилась я.

Холодный предложил мне руку, я ее приняла. Пробираться через заросли долго не пришлось, вскоре мы вышли на тропинку и дальше шли уже по тропинке.

– Сколько тебе лет? – поинтересовалась я.

– Дай подумать… Четыреста тридцать шесть?

Я поперхнулась.

– Сколько?!

– Четыреста тридцать шесть, – повторил Холодный с абсолютно серьезным видом.

– Но почему тогда ты ведешь себя… явно не как старик!

– Я умер, когда мне было семнадцать лет. На этот возраст и чувствую себя.

Я вытаращила глаза. Парень мертвый, а говорит, что чувствует себя на семнадцать! Уже очень и очень давно чувствует себя на семнадцать.

– А… ты что-нибудь чувствуешь?

– Временами.

– Это как?

– Например, сейчас я чувствую тепло твоей руки через прикосновение сквозь перчатку. Чувствую, как солнечный свет касается кожи. Но он не греет. А мог бы, наверное.

– А голод? Сонливость? Что-нибудь, что люди чувствуют обычно.

– Нет. Я ведь мертвый, я не могу испытывать потребности живых, – он покачал головой.

– А эмоции?

– Эмоции чувствую. В этом я жив даже больше господина, – Холодный усмехнулся.

Я хотела спросить что-то еще, но вопрос вылетел из головы. Потому что мы вышли к озеру. Очень знакомому озеру! Именно его я видела во сне, именно его показывал Кеирон. Вот и камень, частично торчащий из земли и свисающий прямо над озером.

– Это твое любимое место? – поразилась я.

– Да. Об этом никто не знает, но меня влечет сюда. Снова и снова. Здесь красиво, – он пожал плечами, как будто считал красоту этого места объяснением странной тяги.