Наследница врага

Кажется, в церкви было полно народа: здесь и ратники Каменецкого и их недавние соперники: люди короля, неприлично не сводивший с вдовы глаз ротмистр Радек, насупленный Зарунский, толпы крестьян, которые все не поместились под сводами и теперь галдели где-то на церковном дворе. Богатый красного дерева гроб, священник, дьяки, певчие на клиросе – все мельтешило перед глазами, расплываясь мутными пятнами.

После отпевания воины Кароля отнесли гроб в семейный склеп и положили в массивную мраморную раку.

– Ладанку? Ладанку положили?! – испуганно кинулась к нему София.

Парень покраснел как вареный рак и отвел взгляд.

– Положили, положили, – у правой руки госпожи вырос вездесущий Любаш.

– А для крестьян стол?! Для крестьян поминальный стол накрыли? – дух рачительной хозяйки не могло перебить даже горе.

– Накрыли во дворе замка, не тревожьтесь, госпожа.

– Не скудно ли? Нельзя людей в обиде отпускать.

– Все как надо, – управляющий одобрительно кивнул, новая хозяйка ему явно пришлась по душе.

Из мрачного подземелья они вышли на яркий Божий день. В воздухе впервые запахло весной. Покрывающие горные склоны пушистые сосенки радостно протягивали к ласковому солнышку зеленые лапы. София сделала глубокий вдох, стряхивая с себя печать смерти.

– Как посмели хоронить без меня?! – резанул по уху визгливый женский голос. Расталкивая собравшихся, к склепу шла могучая смуглая женщина лет пятидесяти в широкополой собольей шубе и деревенском пестром платке – странная смесь двух несовместимых миров.

– Племянник, стало быть, скончался?

«Так это та самая тетка Кароля», – догадалась София.

– Скоропостижно, – махнул головой Зарунский.

– Пока тело не увижу – не поверю. Ведите в склеп, – тетка решительно шагнула к ступеням усыпальницы.

– Уверяю вас, он мертв, – поспешил за ней Радек.

– Это ты королю будешь петь, а я сама должна убедиться, – оттолкнула его тетка. – Знаю я вашу шайку.

– Пусть идет, – безразлично махнул Зарунский. – Юрась, отодвинь ей плиту.

Кудрявый малый, почесав затылок, стал спускаться за женщиной.

– Я думаю, вы уже поняли, что это ваша соперница за наследство, – ухмыльнулся пан-ворон Софии, – Дорота – сестра Богумила Каменецкого. А вон сестрицы Кароля.