Наследница врага

– Пообещай мне никогда, слышишь, никогда, чтобы не случилось, не ходить к болотникам! Обещай, – чертово волнение не давало сказать потверже.

– Я обещаю, Кароль, – совсем тихо проронила София.

– Побожись!

София перекрестилась.

– И еще, – он, натянув сапоги, подошел к девушке на расстояние вытянутой руки. – Пусть я тебе не мил, и ты решилась согрешить со мной… потому что так надо было… под руку подвернулся, неважно. Послушай, если у тебя беда случится, плохо станет, пошли ко мне. Я к тебе и с того света вернусь, слышишь?

– Слышу.

А очи у нее и вправду голубые… а, может, серые… они такие же как у Кароля, сразу и не разберешь… а теперь они полны слез. Вот одна слезинка уже катится по щеке, за ней вторая.

И Кароль все понял, София не брезгует им, не презирает, она спасает его, кидает под ноги девичью честь ради того, чтобы он жил. Ей известно, что король делает с теми, кто осмеливается нарушить его запрет – варит в котле или закапывает живьем. Она пытается защитить любимого… любимого? Может, она все же любит?

– Иди сюда, – прошептал он, и девушка кинулась к нему на шею.

Отряд уходил к северу. Замок Луговых позади становился все меньше и меньше, грозя скоро совсем исчезнуть из виду. Кароль надеялся, что София выйдет на крепостной гребень проститься, но она так и не появилась. Напрасно он постоянно оглядывался, крепостная стена оставалась пустой. Рядом вполголоса Ярек с Милошем потешались над его ссадиной на носу. Пану гетману пришлось соврать, что он пьяным упал на лестнице.

– Пан гетман, – к нему подъехал надутый Юрась, – вам конюх ихний передал, – буркнул он, протягивая небольшой сверток.

Кароль неохотно взял неведомый подарок.

– И что этому конюху было нужно?

– Не знаю, – огрызнулся парень.

– Я крепко выпил и упал на лестнице, просто упал, проспал на полу до утра, – снова повторил хозяин легенду.

Вот зачем надо оправдываться перед холопом, но отчего-то Каролю хотелось, чтобы Юраська не думал о нем дурно, и ради этого готов был даже солгать.

– Воля ваша, пан, – поклонился Юрась, отъезжая.

Кароль развернул тряпичный сверток. Там лежал серебряный ковчежец-ладанка на тонком кожаном шнурке. На передней поверхности Богородица склонилась над крошечным Богомладенцем, на обратной Георгий Победоносец пронзал змея копьем.