Твоя судьба за поворотом

– И то, что я чувствую к тебе слишком далеко от ненависти…

Она потянулась к нему, но он сам преодолел большую часть пути и со страданием впился в ее губы собственническим поцелуем.

Руки его устремились к ней, зарывшись в ее волосы, одна его рука удерживала ее голову и не позволяла вырваться. Да и не хотелось девушке этого вовсе… Она с наслаждением обняла его за шею, чувствуя, как другая его рука опустилась на ее едва прикрытую спину, прикасаясь к обнаженной коже, и проводя по ней ладонью сверху вниз и обратно, проникая под ткать короткого топа.

И снова возвращаясь к губам, он лихорадочно прошептал:

– Нам надо остановиться… Мне надо остановиться!..

– Нет… – шепнула она, качнув легонько головой, и притянула ближе к себе, возвращая его снова в водоворот поцелуев.

– Надо… – выдохнул он в ее губы, но она почувствовала его улыбку, перед тем как он снова поцеловал ее.

Только на этот раз она ощутила легкий привкус крови на губах, совершенно не заметив, как поранилась о его острые клыки. Тело вампира задрожало, и он сильнее, почти до боли, сжал ее в руках, едва справляясь с жаждой и желанием.

– Я не боюсь… – прошептала нимфа, погладив рукой его затылок, и доверчиво подставила ему шею.

Кровавые сверкающие глаза завороженно смотрели туда, где под тонкой белой кожей быстро-быстро билась жилка, притягивая его взгляд и обещая сладость и утешение.

Ривай склонился к ее шее и провел вдоль нее носом, вдыхая ее аромат, чтобы легонько прикусить ее кожу, не оставив даже малейшей царапины.

– Я не хочу так!.. Только не с тобой… Я хочу, чтобы все было правильно… Хочу, чтобы ты была полностью моей… – он спрятал свое лицо в ее длинных волосах, и шумно выдохнув, крепче прижал ее к себе, а затем немного ослабил объятия, сделав их не обжигающими, а нежными и ласковыми.

Куда приводят мечты

Элиза

Она обнимала его за шею и тихо радовалась тому, что он не мог сейчас видеть, как она, подобно счастливой дурочке, восторженно улыбалась, слушая его признание. И это было именно оно – признание в любви к ней…

И она таяла словно белая шоколадка на солнце, нежась в кольце его сильных рук.