Анди. Сердце пустыни

Скроетесь там до вечера, а на закате пришлю человека – выведет из города.

Ирлан воспринял идею с неохотой и недоверием. Ему казалось, что это недопонимание, что его приняли за другого – мало ли аргосцев в Бальяре? Что надо встретиться и все разъяснить, но серьезный взгляд Турука, как и убеждение, что такой человек не станет попусту паниковать, останавливали.

– Бальяра, – бросил в сердцах, подведя итог сомнениям. Здесь могло случиться все: от личной мести до самодурства. И порой даже звон монет не пересиливал зов горячей крови, а потому… Он поблагодарил за помощь и отправился извещать остальных.

– Правильно, – одобрил Орикс, который не переставал бросать напряженные взгляды в окно.

– К теще этого дикаря? – недовольно проворчал Жарк, а Анди как обычно промолчала. Ирлан подождал – ему хотелось услышать ее голос. По-хорошему, надо было спросить, не злится ли она на самовольно улегшегося в ее комнате слугу? Извиниться. Поблагодарить за лечение. Но лезть с прямым вопросом показалось неудобно, а повода завязать разговор ему, естественно, не дали.

«Пески говорят лишь тогда, когда им есть, что сказать», – вспомнилась фраза из записок Большенога. Что же он постарается предоставить ей шанс высказаться…

– Выдвигаемся прямо сейчас, – оборвал так и не начавшуюся дискуссию Ирлан.

Ехали не долго и такими задворками, что все предпочли передвигаться верхом, чем месить грязь. Даже дерхи не сходили с повозок, брезгливо морща нос и отворачиваясь от выпрыгивающих из-под колес кур, пусть перья и соблазнительно взметались в воздух.

Домик, куда их привели, был ветх, как и его хозяйка, но вокруг раскинулся просторный сад, на ветках покачивались мохнатые розовые персики, на ограде темнели виноградные кисти, а в тени деревьев был накрыт стол.

– Сын еще на рассвете гонца прислал, чтобы вас ждала, – ответила на немой вопрос Ирлана госпожа Заньяра и махнула в сторону сарая: – Там вода – освежитесь. Звери пусть в саду побудут. Не думаю, что их заинтересует мой огород.

Огород дерхов не заинтересовал, а вот местные кошки даже очень. Загнав хвостатых на забор и убедившись, что шипящий противник ретировался, дерхи довольно разлеглись на траве.

– Пойду-ка я прогуляюсь, осмотрюсь, – решил Орикс. Ирлан одобрительно кивнул.

Наемник вышел на знойную улицу, обмотал платок вокруг головы, прикрыв нижнюю часть лица.

Солнце стояло в зените, и город тонул в пекле. Марево дрожало над дорогой. Ветер и тот стих.