Вернуться назад

Руки, его тряслись в этот момент, глаза бегали из стороны в сторону, а голос дрожал от волнения. Вот уж не думала, что мой друг так трепетно относится к таким вещам.

— Давай кольца! — волнуясь, попросил он, и всё теми же трясущимися руками снял своё кольцо с безымянного пальца, и кольцо Мии с мизинца.

Я поступила точно так же, сняв своё кольцо и кольцо Джона, которое висело у меня на цепочке.

— Держи, — сказала, протянув кольца Питеру, но он только замотал головой.

— Нет, ты должна сама положить их туда.

— Хорошо, прошептала и с замиранием в сердце, поднесла кольца к книге. Она тут же ожила, её страницы начали перелистываться из стороны в сторону, словно кто-то невидимый листал их, но вокруг не было никого, кто мог бы это сделать, разве, что духи, но я в них не особо верю.

Из книги вырвался яркий свет, в тысячи раз ярче того, чем тот, которым святилась сама книга. Появилась какая-то лёгкость, подул ветер, и я словно воспарила в воздухе. Мне было так легко, свободно.

— Эм, я приду сразу за тобой, не волнуйся за меня, — услышала голос Питера, доносившийся издали.

Стало так хорошо, легко, боль, что мучила на протяжении времени, проведённого в тюрьме, прошла как по волшебству. Сырая и затхлая одежда, исчезла, а на её месте появилась новая, светящаяся, как и книга. Хотя это не она светится, это я: мои руки, волосы, ноги, всё, что вижу, наполнено светом и музыкой.

Неожиданно почувствовала нестерпимый зуд между лопаток. Рука непроизвольно потянулась к спине, очень хотелось её почесать, чтобы хоть немного унять зуд, который сводил с ума.

— Мои крылья!— прошептала и обняла себя за плечи.— Вы вернулись ко мне!

Свет исчез, так же стремительно, как и появился. Глаза, привыкшие к яркости, никак не могли разглядеть места, в котором оказались, я не знала, что меня окружает, поэтому решила потереть пальцами.

— Эм, ты в порядке? — заботливо поинтересовался Лиренс, кладя мне руку на плечо и разворачивая к себе лицом.

Он рядом со мной, поэтому не стоит больше бояться,— подумала, и не прошло и мгновения, как моя слепота рассеялась, открыв мир, в котором оказалась.

— Это же дом! — прошептала Питеру, словно он тоже не видит ничего вокруг.