Вернуться назад

Внутри оказалось темно.

Питер взял меня за руку и пошёл в темноту первым, ведя за собой.

— Кажется, всё ещё хуже, чем могла предположить. Здесь даже света нет. Как найти книгу в полной темноте.

— Нужно добыть свет, — словно прочтя мои мысли, озвучил Питер. — Иначе мы не сумеем найти книгу.

— Но как это сделать, в замке ведь нет электричества? — На Рене постоянно светло, звёзды освещают дом днём и ночью, а здесь из-за плотных облаков сумрак, меньше, чем у подножья горы, но всё же сумрак. Обратив внимания на потолок, я поняла, что дело не только в лёгком сумраке, но и том, что он не прозрачный, как дома.

Дома потолок выполнен из рыженина только в некоторых коридорах, и в них служанки постоянно зажигали свечи.

— Питер, а в твоём чудо-зеркале нет свечей, спичек, фонарика?

— Есть спички, но от них без свечей мало толку… — озадаченно ответил друг.

— Значит, нам нужны свечи, надеюсь, ты взял с собой нечто подобное и положив в чудо зеркало?

— Нет, — хлопая глазами, прошептал, друг, — к этому мы с Джоном никак не были готовы.

— Питер, — не сдалась я и решила, что раз уж здесь, то всё равно надо действовать.

— Насколько понимаю, мы сейчас с тобой находимся в большой прихожей, предлагаю обойти её по кругу и попробовать нащупать канделябры на колоннах, если будем достаточно внимательными, то сможем найти свечи, и добыть свет. Они должны быть в подсвечниках, их просто нужно найти. Хоть этот дом и строил этот ваш Реган, он же не крот, чтобы жить в полной темноте.

— Согласен, но только не факт, что после всех этих событий, здесь хоть что-то подобное осталось.

Распахнув двери как можно шире, чтобы хоть как-то видеть очертания комнаты мы внимательно осмотрели её.

В густом сумраке ничего, кроме запустения не было. Голые обшарпанные стены, пыль, взмывающая ввысь комьями и оседающая налицо, волосы, лёгкие, одежду. Ни намёка на осветительные приборы, или хоть что-то отдалённо напоминающее о них, не было.

Окна завешаны плотными шторами, создавали ещё большую темноту в просторном помещении. Набравшись смелости, шагнула к ближайшему окну и с силой распахнула тяжёлую ткань, впустив в этот мрак немного тусклого света. Тяжёлые шторы нехотя расползлись по сторонам, одарив новым слоем пыли, забившим нос, который сразу защипало, и я начала чихать.

Питер, посмотрев на мои мучения, решил помочь и принялся освобождать окна от тяжёлых оков штор.