Вернуться назад

Его яркие образы до сих пор в моей голове, словно реальные стоят перед глазами.

— Вдруг он сбудется? — промелькнуло мысль в моей голове.

— Нет, такого не может быть. Всё будет хорошо! — но сердце так колотилось, что в это хорошо, почему-то никак не верилось.

— Надо найти Джона. Надо обнять его, рассказать про сон и мне станет легче. Всё это останется здесь, в прошлом!

Я словно пёрышко подскочила с кровати, не помня себя и усталости от путешествия, бросилась прочь из тёмной комнаты, словно она вся была полна ядовитых змей.

Я летела по коридору так быстро, так легко, словно до сих пор спала. Вот только дышать было тяжело, и лишь это говорило, что всё не сон. Добравшись до огромного зала, обвела его глазами в поисках мужа, но его нигде не оказалось. Пройдя по просторному залу, присела на мягкий диван, в надежде на то, что он сам меня найдёт, с единственным желанием, чтоб это произошло как можно скорее. Внезапный шорох, доносившийся из кабинета, привлёк моё внимание, только сейчас я поняла, что из едва приоткрытой двери виднелся необычный свет, такой манящий, зовущий, словно невидимой рукой тянул меня к себе.

— И как я сразу не подумала поискать его там?

Ноги всё ещё ныли от утренней прогулки, и идти совсем не хотелось, но страх от сновидения, не отпускал, не желая оставлять меня здесь. Поднявшись с дивана и раскрыв крылья, полетела так легко, как никогда прежде. Полёт рождал во мне самые прекрасные чувства, после любви к мужу и ребёнку, который совсем скоро должен появиться на свет.

В считаные секунды преодолела огромный зал и оказалась перед едва распахнутой дверью, словно нарочно незакрытой до конца.

Я словно бабочка напуганая темнотой, прилетела на этот свет, и, распахнув дверь, ворвалась в комнату.

Я словно бабочка долетела до этого света, и обожглась так, что руки горели, жгло душу, сердце, а этот огонь не убивал, просто ранил настолько глубоко, что раны эти не смогло бы залечить ни одно лекарство, и даже само время не стало бы лучшим лекарем.

Напротив меня прямо посреди кабинета стоял диван, а прямо на нём, Джон страстно целовал и обнимал обнажённую Милгред!

Хотя скорее она его целовала, но это уже не могло изменить сути происходящего.

Глава 32

— Джон! — сквозь слёзы прорычала я. Предатель вздрогнул, испуганно обернувшись на мой голос, и посмотрел таким диким и холодным взглядом, что тело охватил озноб.