Вернуться назад

Я привыкла, что он всегда скрывает всё, о чём думает, поэтому развёрнутого ответа не ждала, но в очередной раз ошиблась.

— Ну, к примеру, — начал говорить муж, — вселенная, что это, где она берёт своё начало? Где она заканчивается и заканчивается ли вообще? Вселенная, которая не имеет конца, возможно, не имеет начала? Но разве это возможно? Все миры, которые я видел во вселенной, развиваются, меняются, адаптируются, борются за жизнь, разве может вселенная жить по иным законам, без борьбы, без развития разве есть смысл существовать?

Насколько мне известно, мы бессмертны, в силу того что изжив тела, перерождаемся снова в молодых и крепких сущностях.

Но если предположить, что вселенная всё же конечна, то, что будет с нами тогда, получается, нашему времени придёт конец, и то, что было бессмертно, станет …? Что с нами станет?

Если верить Араму, и тем документам и книгам, которые он нам передал, то мы оказались в системе двух звёзд, полностью или частично исчерпав ресурсы своего прошлого дома и изжив на нём свои тела, отправились в долгое странствие по Вселенной, в поисках нового дома.

Именно поэтому я не помню того, что происходило с нами более восьми тысяч лет назад, до своего первого воплощения здесь, на Рене.

Но меня волнует, что будет с Реной, если мы изживём её ресурсы, что будет, если хоть одна из наших звёзд погаснет, или каким-то чудесным образом они обе сойдут с небосклона и все девять миров погрузятся во тьму?

Покинув эти планеты, мы снова отправимся в долгий путь в поисках нового дома, более или менее пригодного для своих разрушений? К моему несчастью, как бы я ни старался, мы не можем находиться на планете, не причиняя ей никакого вреда.

Всё, что я могу, это свести этот вред к минимуму, чтобы она как можно дольше не замечала нашего присутствия на своём теле и не пыталась избавиться от нас, как от сопланетников Арама. Но однажды этот день настанет и нам всё же придётся отправиться в это путешествие. Сможем ли мы снова, проделать этот путь, остались ли ещё планеты, способные принять нас под свой кров, ведь большинство из тех, что мы видели за тысячелетия странствий по вселенной, непригодны для жизни. ..

Мы с Питером отчаянно ищем звёздные системы, хоть как-то похожие на наши, чтобы в критической ситуации успеть переселить на них всех живых существ нашей системы. Но, чем больше мы странствуем, тем больше видим разорённых и разрушенных планет, похожих на некогда цветущий Дарон, либо кем-то вроде нас, либо самой вселенной.