Если он оборотень

Мы вышли из комнаты, в которой мне пришлось провести несколько часов, но я точно знаю, что шаги дались ему с трудом, а потому подставила свое плечо. Он обнял меня, даже повис, другой рукой придерживаясь за стену, но пусть так, если это хоть сколько-нибудь да поможет.

- Вы куда-то собрались?- Уверенный голос мужчины, преградившего дорогу, и вот опять в мою сторону направлено оружие. Да что за день-то такой, не в тире!

- Мне нужно её увезти, нам тут больше делать нечего,- низкий рык, не голос, принадлежал сейчас моему мужчине и я отчего-то уверенна, что сил у него осталось не много.

-Не спорю. Это из-за неё весь сыр-бор? – Незнакомец, удивительно похожий на Артёма с ухмылкой оглядел меня, но одобрительный взгляд заставил покраснеть. Вот ведь, мужики.- Не шали, парень,- мужчина повысил голос на какое-то движение Всеволода, - ты ранен, и я выстрелю быстрее, даже без вариантов. К тому же у меня исключительно серебро. Вы выйдете отсюда, как обещал. Как только удостоверюсь, что с моим сыном всё в порядке.

-С сыном?- У меня не было слов. Перед нами стоял тот отец, про которого Вероника Андреевна только однажды с гримасой упомянула, которого Артём очень хотел увидеть.

-Назад,- он повёл стволом, указывая обратно на дверь,- стрелять не буду, даю слово. Не дури, волк, не дёргайся! И я обещаю не трогать эту девку, а ты мне спокойный выход с вашей территории, идёт?

-Но если ты её тронешь, выйти не сможешь точно.

- Возможно, но сдаётся, что именно ты до этого не дотянешь,- отец Артёма указал глазами в сторону красного пятна на ветровке и хмыкнул.- Подозреваю, что это тоже серебро, однако ты всё ещё жив, а это, как правило, длится недолго. Ну, так что, договорились?

Нахмуренный Всеволод кивнул и с непонятной тоской посмотрел на меня. Да я в этот момент была готова любого убить, разорвать, лишь бы не видеть этой боли, промелькнувшей в глазах. Но странное трудно было не заметить, мужчина руководил ситуацией, а, тем не менее, спрашивал разрешения у Петрова.

Мы с трудом вернулись туда, откуда отчаянно хотелось сбежать. Севе было сложно, подозреваю, что дело не только в ранении, а ещё и в задетом самолюбии, подчиняться вооруженному незнакомцу, но стиснув зубы, он прислонился к стене, ведь конкретно сейчас так будет правильно. Я прижалась к нему, поддерживая и вместе с тем ища утешения, зарывая свой страх и напряжение.