Если он оборотень

Севка тоже проснулся, но исключительно молча смотрел на меня. И даже не поняла, что именно отражается в его глазах, любопытство, ревность, ожидание.

- Анжелика Владимировна? Добрый день. Вас беспокоит следователь Заступин. Васильев Владимир Иванович и Мария Николаевна приходятся вам родственниками?- Твердый поставленный мужской голос с нотой усталости вырвал меня из сна и сердце мгновенно сжалось.

-Да, это мои родители. Что случилось?- Сон рукой сняло, рука задрожала, но на том конце связи мужчина медлил. Да скорее же!

- Анжелика Владимировна, они попали в ДТП, - раздался вздох, говорящий о немолодом возрасте и сожалении о не самых приятных звонках.

- Вам необходимо прибыть завтра утром. Спросите меня.

-Они,…ДТП,- я прекрасно поняла, ЧТО он сказал, но как???

- Да, держитесь, - тишина вновь такая, что мне кажется, слышу пульсирующую кровь в собственной голове. И сама я как будто за стеклом,- их больше нет. А ваш номер мы нашли в телефоне, который был в женской сумке.… Давайте уточним данные….

Я не помню, что именно ответила, только Всеволод, сидящий рядом забрал телефон и что-то стал спрашивать у следователя, отвечать ему, а потом посмотрел на меня.

-Это ошибка?- Скрипучий голос, словно принадлежащий не мне, а кому-то третьему. Глупый вопрос, сама знаю, вот только верить в такое не хотелось. И не буду!

-Надеюсь,- он прижал меня к себе, - завтра узнаем.

Он всю ночь просидел со мной, то на кухне, то следуя по пятам из комнаты в комнату. Заставил выпить успокоительные. Я мерзла до дрожи в груди, в руках, до слабости в ногах.

Севка заставил лечь в кровать, закутал одеялом, подоткнув его со всех сторон, и обнял сверху. Я слегка вытащила руки и прислонила к его груди, показавшейся вначале раскаленной, но не помогло. Было холодно и бесконечно трясло. Так мы и пролежали до тех пор, пока не пришло время.

Умылась, оделась, что-то съела, положенное мне на тарелку Севой, попила, кажется, это был зелёный чай.

И вот мы уже в морге. Это они, ошибки нет.

Я повернулась, желая уйти и вместе с тем не в силах это сделать,… словно сквозь искаженное стекло, черты стоящих рядом людей расплывались, но вовсе не от слёз.

Их не было. В глазах кололо, будто попал песок, но платок был сухой.

Так странно.

Пол приближался с невероятной быстротой, но прикоснуться к прохладной плитке не удалось, ни лицом, ни руками. Мой мужчина поймал, успел.

Похороны, как и положено, состоялись на третий день, но казалось, что частица меня закопана вместе с ними.