Если он оборотень

Запах, что шел от него был настолько по-мужски привлекательным, и, наверное, именно из-за этого у меня снесло крышу. Определенно. Я запустила свою руку ему в волосы,… какие шелковые,… наверное, непослушные. Другой рукой вцепилась в спину… слишком сильно? Нет,… но почему он дернулся, как от пощёчины?

Отстранился… обидно.

-Что я не так сделала?

***

Петров испытал странное удовольствие от таскания корзинки с продуктами рядом с Ликой. Игра в семью? Нет, это гораздо больше. Пожалуй, завтра ещё раз следует пойти, вместе.

И послезавтра тоже, вот только платить он будет опять сам, а гневное выражение лица Ангелы только позабавило.

Смешная.

Он может себе позволить обеспечивать ту, которую любит, естественно, надо приучить её к этой мысли. Постепенно. Захотелось потянуться и заправить непослушную прядь волос за ухо, но не стал. Эта краса как сестрица, по рукам дать может, когда злится.

Не ручная. Особенная.

Всеволод вышел из магазина, по привычке стрельнув глазами по сторонам, в поисках Курского. Но нет, непахучая псина отсиживается дома, вероятно залечивая свои душевные раны от неудавшегося убийства.

Он займется им, как выманит моську из дома. И пусть это непросто, но каша, заваренная шавкой, будет ей же и расхлёбана.

Его смешила и вместе с тем начинала злить эта внешняя независимость Лики. Ну и что, что заплатил? Да какая содержанка!? Зверь зарычал, требуя показаться, оскалить свои зубы. Она женщина, а у них в роду не принято это игнорировать и жить за счет слабого пола. И Всеволод ушел, от греха подальше.

Потому как еще пару слов перепалки и он просто не выдержит и впечатает её в стену. Но не от злости, а чтобы закрыть ртом этот лишний ненужный поток слов. Волк просился наружу, требуя это исполнить, но кто ж ему сейчас это позволит. А вот поужинать, это хорошо, даже очень, на сытый желудок и звери добрее.

Приоткрытое окно на кухне, колыхающиеся легкие занавески не могли исправить самого главного - зверь дурел, постепенно сходя с ума от запаха своей пары. И, чтобы не наброситься на ничего не подозревающую Ангелу, он предпочел уйти, поработать в другой комнате.

Но разве такое возможно? Если это её квартира, её вещи.

Петров включил ноутбук, и, дожидаясь пока он заработает, достал из кармана флешку с паролями. Пальцы сами собой выбивали дробь по столу, а взгляд упал на желтую скрученную салфетку. Что подтолкнуло раскрыть её, он так и не понял, вероятно, врожденное любопытство, да и просто те пара секунд, пока все подгружается.

Шерсть. Его собственная.