Связующие нити

Поняв историю, я вижу готовый мост. Я знаю, благодаря чему он держится, как сконструирован, и перевожу на бумагу… а что?

Он обернулся на меня, отложив карандаш в сторону.

— Я удивляюсь, что, оказывается, есть вещи, которых я о тебе ещё не знаю.

— Мы никогда не говорили подробно о работе здесь… мне кажется, что твоя специфика похожа на мою, и на Пулину.

— Но это не мои работы.

— И это не мой проект, и у Пули не её сочинение. Так и должно быть.

— А свой проект у тебя есть?

Мы разговаривали в полголоса, не отвлекая от праздности других.

Только Вельтон с улыбочкой поглядывал на наше шептание.

— Есть.

— Не заказ на работе, не халтурка со стороны. А свой.

— Да, есть, — спокойно и даже без удивления ответил Трис.

— Покажешь?

— Когда будет готов, обязательно, — и, считая разговор законченным, снова углубился в работу.

Я пошла включать радио. Архивариус сегодня не балагурил, читал книгу. Нил был в магазине, Зарина зарылась в журналы, а Пуля в сочинение нового рецепта, мне не к кому было приткнуться.

Вельтон, когда я проходила мимо, расплылся в улыбке:

— Голубки.

Пациент жив! – повторила я в мыслях. Портрет идеального мужчины тому подтверждение, иначе бы я не смогла. Это было трудно, но это – моё. Единственное за последние годы моё произведение.

Дверь

Последняя неделя до первого апреля прошла незаметно. Я всё порывалась начать что-то рисовать, да откладывала, потому что успокоилась на счёт своего творчества и была уверенна, что в любой момент могу взять в руки кисти и краски и… но времени пока что не находила.

То, что Нил говорил о погоде, сбылось. Последние два дня лил затяжной противный дождь со снегом, это способствовало таянью последних сугробов, но из-за порывистого ветра на улице казалось холоднее, чем показывал термометр, и хотелось вернуться в зимнюю дубленку, а не заворачиваться по самые уши в пальто.

В агентстве снова было безлюдно. Виктор в условленный день не пришёл, мы стали уже думать, что он не вернётся, но Пуля, бедняжка, добровольно лишила себя выходных, потому что надеялась.

Следующий этап должен был быть её, и она ждала каждую ночь, что появится в дверях керамист, и она напишет его романтичную историю. Нилу, Сыщику, пока не довелось проверять себя в самостоятельной работе, но в «Сожжённом мосте» он освоился быстро. У него был лёгкий характер, общительный, и с Тристаном они довольно часто контактировали вне агентства.