Связующие нити

И, конечно, я сбежала из дома ради того, чтобы провести с любимым всю жизнь. Мы жили здесь, под самой крышей, в той каморке он рисовал, а в той я писала свои рассказики, я тогда увлекалась сочинительством. Здесь и здесь — она указала пальцем в две стены, — были входы в спальню и на кухню, сейчас они замурованы за ненадобностью. Золотое было время… Его друг часто бывал у нас, и часто рассказывал о том, как случайно сложилась их дружба, ещё в юношестве, всего лишь из-за потерянного билета в цирк… Я не буду пересказывать всю историю, - но она был как раз о том удачном моменте, когда два пути не разошлись.

Так родилась идея агентства «Сожженного моста». Мы трое был её создателями. Вернее, большая часть, конечно, оказалась на моих плечах, но всё же, без них двоих… Агентство открылось не сразу. По началу дом заселяли жильцы, новые квартиры, всё прекрасно. Но как только я сделала здание Зданием, оно обрело свои магические свойства наравне со свойствами живого существа, и стало расти, взрослеть и стареть. Всё как у людей. Вы думали, что оно было построено лет двести назад, но на самом деле его век короче моего, и оно уже более дряхлое, чем даже я.

Геле дотянулась до стены за диваном и ласково провела по ней ладонью.

— Люди всё больше съезжали отсюда, кого-то потом расселили власти, признав, довольно быстро, дом аварийным и непригодным для жилья. Часто поднимался вопрос о сносе, но я бы никогда не допустила подписания такой бумаги. Здание умрёт своей смертью, а не насильственной. Так, когда оно опустело окончательно, открылся «Сожжённый мост»…

— Ты здесь работала? — не удержавшись, я перебила Геле.

— Летописцем?

— Нет, я никогда здесь не работала. Но здесь работал тот, кто построил Здание, он был первым Архивариусом. Железные правила были установлены с самого начала – двери открывались только с половины двенадцатого и закрывались в начале седьмого, в любые квартиры, кроме этой, нельзя было входить не по делу, потому что это было чревато сбоями времени и пространства. Вещь, которую я спрятала здесь, нельзя было выносить, и чтобы не раскрывать тайны – мы сделали запрет на вынос всех вещей… теперь же Здание слишком старо, агентству пора закрываться, мне нужно забрать то, что наделяет его всеми этими магическими свойствами.

Она замолчала, и никто из нас ничего не сказал. И я, и все, я уверена, подумали о том, что вот и настал конец… слухи о сносе Здания оставались слухами, но в этот раз каждый из нас почувствовал кожей завершение целой жизни. По-настоящему.