Связующие нити

Закончив полив, обувшись, она защелкнула калитку, взяла меня под руку и мы пошли из частного сектора в сторону леса. Прежде почти весь круглый год наши встречи проходили у неё дома, а тут отчего-то Геле стала водить меня в лес. Сама она никогда не была домоседкой. Судя по грибам, ягодам, различным травам, цветам и почкам, которые я видела в её доме, Геле часто ходила в лес, но в компанию меня никогда не брала.

— Хорошо здесь, не то, что в городе.

— И в городе хорошо, я люблю улицы.

— Ты мало понимаешь, деточка. Мы сегодня идём к большой поляне, погода хорошая, ветерок есть, трава уже густая. Потанцуем!

— Я не хочу, Геле.

— Хватит хандрить… эх, нужно было водички захватить, а то ты взмокнешь в своих штанах. И чего ты из них не вылазишь? Эти дурацкие грубые штаны для рабочих, эти футболки и туфли? А ты ведь, Гретт, раньше носила и платьица, я помню.

— Так удобнее.

— Кто здесь старуха, я или ты? Волосы в хвост… у тебя же хорошие волосы, не крашеные, не зажаренные, не отравленные.

— Жарко.

— У тебя только руки как нужно, — она похлопала меня по ладони, — не порть и их, пожалуйста.

— Ага, в порезах, заусенцах, с обстриженными ногтями и въевшимся красителем, да?

— Это твоё. Это портрет.

— Геле, не мучай меня. Я и так со всех сторон уже знаю, что я не такая и не эдакая… и я не хочу рваться из кожи вон в погоне за недостижимым. Знаешь, как говорят про свиное рыло в калашном ряду? Я такая, какая есть, хожу в том, в чём хочу ходить, выгляжу так, как выгляжу.

Не всем же быть… королевами. Разве это главное в жизни?

— А как же!

— И это говоришь мне ты? Или ты любишь погоню за шмотками на распродажах, любишь журналы мод, шпильки? Гелена, да я даже так могу сказать, что лично я ненавижу всё женское. Начиная от капризов и надутых губок, заканчивая глянцевой помадой цвета «сочная вишня»…

— Дурочка ты ещё у меня, — Геле ласково, с прикряхтыванием засмеялась, — какая сочная вишня?

Признаться самой себе, но всё это я привела в пример потому, что такой представила себе новую знакомую Триса, Монику.

Это я язвила про себя, но понимала, что на самом деле та женщина не такая. Та наверняка очень красивая и элегантная, со вкусом одетая, с манерами истинной леди, и придираться там было не к чему. Вельтон правильно сказал, чего мучаться всю жизнь от мысли «ах, почему же я не…».

— Да никакая. Это я утрирую.