Драконий жребий

От бабушки когда-то давно слышала, что такие деревья иногда «просыпались» и вновь цвели, но чаще всего их срубали. Видимо, здесь имела место ностальгия или какая-то значимость яблони, из-за чего с ней до сих пор никто не расправился.

Сев на лавочку, я гладила Шада и отключалась от всего, что волновало или мучило. Думала о том, что буду делать, когда вернусь домой – что скажу маме, о чём напишу братьям, как вцеплюсь в бабушку. Захочу ли что-то менять? Смогу ли забыть всё случившееся, будто страшный сон? Откажусь ли от того, какой стала?

С трудом, но я призналась себе – этот мир меня поменял.

Может, не так ощутимо. Как если бы после долгого отпуска на даче в голову закрадывались мысли о скором возвращении в город, и вся жизнь там начинала казаться слишком суматошной, слишком другой.

А потом ты всё равно садишься в электричку, ставишь будильник на шесть утра, плетёшься на работу… и всё возвращается на круги своя.

Хочу ли я, чтобы так было?..

Страшно становилось от того, что я допускала мысль остаться здесь навсегда.

Прекрасно зная: меня сожрут, стоит лишь сделать неверный шаг. Так что безопаснее и рациональнее – вернуться.

– Не помешает ли твоему уединению моё общество? – голос незаметно подкравшегося Юйлуня заставил меня вздрогнуть.

Что было приятно почувствовать, так это дёрнувшуюся руку, которая чуть не ударила внезапного гостя.

– Нет, – нервно хихикнув, я жестом пригласила его на соседнюю скамейку, – что вы. Конечно не помешаете.

Юйлунь, вопреки ожиданиям, устроился рядом со мной. Ещё и довольно бесцеремонно протянул ладонь и погладил Шада, отчего тот весь скукожился и прижался к моим ногам – пальцы в жёсткой перчатке явно не входили в топ пять вещей, что приносили ему удовольствие во время почесушек.

Будучи в кошачьем обличье, Шад многих избегал и не давался в руки, как со мной или Нерисом… Хотя и от него мой телохранитель зачастую уносил лапки, которые Властелин Севера всё пытался пожмакать.

Но, похоже, Юйлунь лишь пытался поздороваться таким образом – очень скоро его рука спряталась под вуалью шляпы.

– Умиротворяющее место, не находишь? – судя по голосу, с улыбкой спросил он.

– Да, – промямлила я. – Тихо и… тихо.

Во избежание дальнейших попыток поглаживаний Шад забрался ко мне на плечи, а я, не зная, куда деть руки, принялась теребить его хвост. Как мех на нём ещё не облез – непонятно, да и вряд ли другу было приятно от таких манипуляций, но пока ни разу не шипел и не пытался укусить. И через Бусину или Варшу не просил прекратить.