Сны куклы

Он уже успел отправить сержанта Меллоуна по нужному адресу, велев не церемониться с подозреваемым и предварительно помариновать его в карете на улице.

Чародейка буквально влетела в кабинет, и Вил не мог не заметить, насколько ей идёт естественный румянец, на улице снова подморозило, и вся вода, весело стекавшая из водосточных труб, превратилась в сплошной слой льда.

— У меня всё готово, — сообщила она после короткого приветственного кивка, — где будет устанавливать наблюдающее заклятие?

— В другом крыле задания, — коррехидор резко поднялся со стула, — идёмте.

Кабинет, где десятилетие назад происходили драматические события, находился в конце коридора по торцу.

— А мы спрячемся в соседней комнате, — Вил открыл ключом вторую дверь, что была рядом, — сейчас тут что-то вроде склада для старых документов. И они вернулись назад.

Чародейка огляделась, в кабинете (явно необитаемом, ибо на письменном столе не было ни единой бумаги, а в чернильнице чернил) имелся обширный стол, пара стульев, один из которых Вил немедленно поставил на середину комнаты (он предназначался для подопытного), шкафы и тумбочка с пустым кувшином для воды.

— Колдовать лучше в соседнем кабинете, — предложил Вил и подхватил вещи чародейки.

Из саквояжа Рика извлекла два маленьких карманных зеркальца, склянку с нелюбимым ею маслом усьмы, но тут уж без него никуда. Вызвала Таму. Бывшая кошка позёвывала сначала, потом узрела Вилохэда, сразу оживилась, кокетливо затрепыхала крылышками бабочки-бражника и пролетела у лица коррехидора, чуть не задев его по щеке.

— Хватит воображать, — осадила её чародейка, — время не ждёт. За работу.

На маленькое медное блюдечко, уже хорошо знакомое Вилу по прежним ритуалам, Рика высыпала четыре ягоды вороньего глаза и вытряхнула из маленькой пробирки нечто, напоминающее засохшие потроха. Коррехидор подумал, что это, должно быть, и есть печень летучей мыши, которую девушка упоминала накануне в числе необходимых ингредиентов.

Вил подумал, что очень мудро было выбрать для ритуала архив, потому как запах от загоревшихся составляющих был весьма специфичен и ярок. Фамильяр, не теряя времени, начал бешено кружить вокруг дымных струй, от этого они принялись соединяться в некое подобие шнуров, какие обычно плетут при храмах. Насчитывалось их ровно три.