Сны куклы

Чародейка возвратилась к кровати. Человека замучили до смерти, а он даже не крикнул. Как такое возможно?

— Кляп, — раздался совсем рядом знакомый баритон, — ему заткнули рот.

Чародейка аж подскочила на месте: мало того, что она разговаривала сама с собой, словно старуха, так ещё погружённая в собственные мысли не слышала, как подошёл коррехидор – четвёртый сын Дубового клана.

— Нельзя же так подкрадываться к людям! – заливаясь краской смущения, возмутилась она, — хотите, чтобы я заикалась до конца своих дней?

— Ну что вы, — воскликнул Вилохэд Окку с притворным сожалением, — и в мыслях не имел такого.

Я просто полагал, что вы воспользуетесь умением чародеев ощущать сразу всё вокруг.

Рика надулась. Кто же знал, что глупая похвальба, когда они гостили в родовом гнезде коррехидора – Оккунари и искали похищенных суперценных свиней, запомнится столь надолго. Конечно, при должном ритуале подобная возможность у неё имелась, но вот всегда – увольте.

К душевным качествам Рики скорее можно было отнести полную погружённость в то, чем в данный момент она занимается. Тут хоть пой, хоть пляши, чародейку не отвлечь. Век бы не видеть это самодовольное красивое лицо с удлинёнными словно листы ивы глазами!

— Прекрасное предположение, — заметила она вместо приветствия, — подходите, посмотрим вместе, был ли кляп или просто убийца зажал рот жертве.

— Это как-то можно определить?

— Конечно, — чародейка оттянула челюсть убитого и при помощи своего фамильяра Тамы, светящегося черепа безвременно почившей трёхцветной кошки с крылышками бабочки-бражника, посветила в рот, — видите, — мстительно проговорила она, — во рту слюна и нет ни царапин, ни ссадин. Это означает, что во рту господина Касла не находился кусок скомканной тряпки, какую чаще всего используют в качестве кляпа.

Она повернулась и невинными глазами уставилась на своего начальника. Мало кто без подготовки мог спокойно видеть изувеченный пытками труп вблизи. Для самой Рики, чей род много веков был посвящён богу смерти Эрару, подобное стало привычным с детства.

Вилохэд не стал заглядывать в рот покойнику, чтобы убедиться в правоте слов коронера, он просто бросил взгляд на кровать и отвернулся.