Сны куклы

Швейцар в форменной красно-зелёной ливрее почтительным поклоном приветствовал Вилохэда, а на чародейку посмотрел свозь монокль в правом глазу и вопросил со строгостью пожилого учителя, что именно собирается делать юная дама в мужском клубе?

— Юная дама, к вашему сведению, является коронером его королевского величества Элиаса и офицером службы дневной безопасности и ночного покоя, — отчеканила Рика, — и я нахожусь при исполнении служебных обязанностей вместе с коррехидором Кленфилда – графом Окку. А в вашем клубе собираюсь эти самые обязанности исполнять, и мне глубоко всё равно, мужской ваш клуб или женский.

— Дженкинс, пожалуйста, — попросил коррехидор, — пропустите мистрис Таками. В порядке исключения и личного одолжения.

Швейцар поколебался секунду, но, когда Вил заверил, что всю ответственность за такую неслыханную дерзость он берёт на себя, и пригласил и чародейку.

Рика впервые оказалась в мужском клубе, да ещё королевском, да ещё и закрытом. Она понимала, что сюда вряд ли пропускают особ женского пола, поэтому как на неё с нескрываемым любопытством смотрели абсолютно все от прислуги до сильных мира сего, вознамерившихся скоротать вечерок в обществе столь же обременённых властью и деньгами собратьев. Один экспрессивный господин в национальном артанском шёлковом одеянии даже выронил трубку, когда увидел шествующую через общую залу чародейку.

— Не обращайте внимания, — негромко посоветовал Вил, — станьте снова невестой Дубового клана, а из этого следует, что, если вы находитесь здесь, значит имеете полное право.

— Вилли, Эрика, — послышался знакомый голос, и чародейка увидела высокую фигуру отца Вилохэда, который выпивал в компании немолодых господ, за столом в углу, — что привело моих дорогих детей в клуб?

— Детей? – поднял брови в шутливом удивлении мужчина с поседевшими волосами и старомодной бородкой.

— Неужто твоей проницательности, дорогой мой До́ро, не хватает, чтобы самому догадаться? – с хитрым прищуром вопросом на вопрос ответил сэр Ге́вин.

— Отец, — поклонился Вил, — господа, — второй поклон в сторону собутыльников герцога, — моё глубочайшее почтение.

— Смело, — похвалил герцог Окку сына, — смело, безрассудно, но в посещении с невестой мужского клуба есть свой шик.