Ведьзмарский лес

Личвард был по-отечески ласков с леди Бидгар, и она плыла в его русле, уверенно держась на тёплой воде.

Следуя короткими переходами, они оказались в небольшой зале. Множество высоких узких окон позволяли свету свободно проникать внутрь, что сразу же понравилось Уле после тёмных каменных стен и маленьких окошек в собственной комнате. Глоток свежего воздуха, тепло солнца после болезненного проклятого леса и холодного камня спальни. Обстановка сияла новизной и достатком.

Посреди залы слуги заканчивали накрывать стол, и Урсула с облегчением вздохнула, увидев, что тут нет Фина и снова нет того, кто разрушил её жизнь.

Втайне она опасалась, что советник подготовил для неё встречу с будущим мужем. Ула была не готова.

Один человек всё же находился здесь. За столом сидела молодая женщина с тщательно уложенными пшеничными волосами. Красивая, статная, яркая. Она поднялась, когда Личвард приблизился вместе с гостьей, и чуть склонила голову в учтивом поклоне.

— Моя дальняя родственница. — Всё с той же доброжелательной доверительностью Раян представил незнакомку, каждое движение которой казалось воплощением женственной грации: — Аласта Пэрриг.

— Урсула Бидгар. — Постаравшись соблюсти все требования этикета, Ула склонила в ответ голову ровно настолько, насколько это было предписано, сложила руки по всем правилам, осознавая, что до совершенства Аласты ей очень далеко, и думая о том, насколько отвратительны все эти церемонии.

Светло-карие глаза Аласты после взаимных представлений ничуть не поменяли приветливо-заинтересованного выражения.

Имя хозяйки соседних земель не произвело на неё никакого впечатления.

— Я рассчитываю на ваши добрые отношения, — с нажимом сказал Личвард, помогая дамам сесть за стол.

— Уверена, вы можете на меня рассчитывать, дядюшка.

Должно быть, Аласта недурно поёт, подумалось Урсуле при звуках голоса новой знакомой. Перед ними сидел, разговаривал, дышал идеал женщины. Уле стало тревожно. Она никогда не желала стать похожей на подобный образ, но невольно восхитилась и немного смешалась, балансируя между восторгом и опасением.

Ула приступила к завтраку, чтобы с полным правом хранить молчание, слушая чужие разговоры, но Личвард постоянно обращался к ней с вопросами, а затем заговорил о том самом, важном, что окончательно отбило аппетит.

— Вы удивлены, дорогая Урсула, тем, что учудили ваш отец и лорд Скоггард? — Она ничего не говорила об этом, но господин Раян словно отвечал на незаданные вопросы.