Обсидиановый огонь

— Не нужно.

Сирил раздраженно фыркнул.

— Давай я буду решать, кого мне исцелять, — недовольно сказал он.

И он все же положил светящуюся ладонь ей на голову. Целительное тепло быстро распространилось по телу. Жар лихорадки спал, горло больше не обжигало болью, исчезла одолевающая последние дни слабость.

— Карающий, — выдохнул побледневший Сирил. — Какого демона?!

Ольга знала, чем вызвано такое восклицание. Хилфлайгон вместе с простудой исцелил ее поврежденные нити, что существенно истощило его резерв.

— Твою ж Бездну, — пробормотал он уже охрипшим голосом.

В глазах появился лихорадочный блеск, характерный для жара. Инстинктивно мужчина обхватил себя руками, спасаясь от озноба.

— Я же говорила, не нужно, — пробормотала в ответ Ольге, не поднимая глаз.

— До утра оклемаюсь, — буркнул лорд.

К мужчине подбежала обеспокоенная Кора. Положила руку на лоб и обеспокоенно закусила губу.

— Тебе нужно лечь, — запричитала она, уничтожим мимолетным взглядом Ольге.

— Не нужно, — хрипло ответил Сирил.

Кора поспешила выполнить его просьбу. И ее русая макушка через такт скрылась в подполе. Сирил повернулся к Ольге и слабо улыбнулся:

— Что же с тобой случилось, Оль?! — пробормотал он. — Ты почему так ослабла?

— Так вышло, — девушка опустила взгляд.

Перед глазами вспыхнуло недавнее видение: кровавый снег, пылающий Бранд и Сирил с обгоревшими крыльями.

Вздрогнула от его легкого прикосновения. Сияющая ладонь, накрыла ее руку и легко пожала. В блестящих от лихорадки глазах появилась нежность. Его кожа очень горячая. Хилфлайгоны не могли лечить естественные болезни. Они просто забирали их на себя, зная, что магия исцелит их быстрее. Чаще всего мгновенно, редко болезнь могла затянуться на пару часов, если целитель ослаб, как было сейчас с Сирилом.

— Ты можешь всегда обратиться ко мне за помощью, — пробормотал он. — Я не откажу. Только не доводи себя больше до такого состояния. Пожалуйста, не надо. Мне больно видеть тебя такой.

Ольге не смогла сдержать подкатившие в горлу слезы. Они горячими ручейками побежали по щекам. Сирил печально улыбнулся и стер блестящие капли с ее лица второй рукой, задержавшись в мимолетной ласке на ее щеке.