Обсидиановый огонь

Соответственно, в Речной ты тоже не пойдешь. Точка! Что-то не понятно?

Лелана знала, что он прав, но приказной тон раздражал. Всю жизнь кто-то пытался ею управлять и она спокойно сдавала позиции, если видела, что её знаний и умений не достаточно. Но не сейчас. Может, она не разбиралась в ходе ведения войны, не умела управлять доменом, но ей хватило пару встреч с Брандом, чтобы изучить характер мужчины. Магистр Речного мог нарушить слово только в порыве гнева. И она может его успокоить и уладить эту ситуацию.

Да, Вилор согласился учить ее, взял под свою опеку. Но не собиралась ему подчиняться.

— Я – магистр замка! — задрав подбородок вверх, с гордостью сказала она. — Ты не имеешь права мне приказывать. Мы равны по положению. Я иду в Речной!

Вилор приподнял бровь, нахмурился, собирался что-то сказать, явно язвительное, судя по выражению лица, но передумал и, ехидно усмехнувшись, ответил.

— Пожалуйста, ваше магистерство! — и спокойно отступил в сторону, открывая путь к порталу и демонстративно указав рукой на каменную арку.

— А силенок-то хватит дотащить сиятельное тело до портала? Или только нос задирать хватает?

Лелана фыркнула и, гордо распрямив плечи, пошла к порталу. Но рана напомнила о своем существовании, заставив девушку закусить губу. Обжигающими волнами боль прокатывалась по телу. Повязки пропитались чем-то теплым, видимо, пошла кровь. Вилор даже не пытался ей помочь, скрестил руки на груди и наблюдал с усмешкой.

Сапог поехал по скользкой траве, и Лелана вынуждено стала на больную ногу, чтобы не упасть.

Он резкой боли потемнело в глазах, она охнула и едва не упала. Вилор в момент оказался рядом. Его рука ловко подхватила девушку за талию, остановив падение. Лелана схватилась за его плечи, чтобы удержаться на ногах. Перед глазами все плыло от боли.

— Упрямая дура! — рявкнул он и выругался. — Ты даже до портала не дойдешь, — добавил он тише и мягче. — Разговор с Брандом может подождать. Бездна и все ее демоны, и домен может подождать.

Ты что мне не доверяешь?

Лелана смотрела на него снизу вверх. Вилор держал ее практически на весу, снимая нагрузку с больной ноги. Лела оказалась тесно прижата к мужской груди. Их носы практически соприкасались и со стороны такие объятия могли выглядеть двусмысленно, если бы ее лицо не было таким бледным от боли.

— Я готов даже признать, что в переговорах с магистром Речного ты меня сделаешь, — зачем-то перешел на шепот Вилор.