Магическая академия. Достать василиска!

От возмущения я засопела громче, но доказывать свою невиновность не кинулась. Вдруг они еще что-нибудь интересное скажут?

— Не выряжалась она, — встал на мою защиту привратник. — В гардеробе всего три платья: одно рваное, второе постиранное, а третье, — раздалось шебуршание, видимо, он что-то искал, но открыть глаза и посмотреть я не рискнула, — третье… вот!

— Нищая, что ли? — в тоне «ящерицы» проскользнули скептические нотки.

— Но гордая! — не стал опровергать ее слова Учандр.

— Потому что дура, — усмехнулась Ехтиндра, а я плотнее сжала губы, изо всех сил стараясь сдержаться.

— Спит? — услышала я голос вышеупомянутого лекаря вслед за тихим скрипом двери. Легок на помине! И что ж ему самому-то не спится? Или еще не ночь, а вечер? А может, уже утро? Сколько времени-то?!

— Да вроде, — ответила визитеру целительница, я же в этот момент старалась дышать как можно ровнее, чтобы они что-нибудь не заподозрили. Считаться официально очнувшейся пока не хотелось.

— Ну и хорошо, что спит, — проговорил Сигурд совсем близко. Сердце мое предательски сжалось, а руки, спрятанные под легкой простыней, задрожали. — Легче будет наложить на нее «абсолютный щит».

— Щит?! — в один голос воскликнули нечисть с «ящерицей», озвучив мой мысленный вопрос.

— Да. Абсолютный, — спокойно повторил мужчина, отходя от меня.

— Сальдозар, ты рехнулся? — после короткой паузы полюбопытствовала Ехтиндра, и тут же сама себе ответила: — Да, точно! Сначала подставил девчонку под гнев своих поклонниц, теперь придумал «кровопийцу» на нее нацепить.

— Тиндра, — все также спокойно произнес чертов лекарь, — я понимаю твой сарказм и даже принимаю его, так как заслужил. Но, как ты верно заметила, я сам ее подставил. Самому и защищать.

— От кого? — продолжала ехидничать «рептилия». — От озабоченных девиц? Так разогнал бы их давно, и дело с концом.

— Я разгонял, — скрипнул зубами лекарь.

— А они возвращаются? — сочувственно спросил Учандр.

— Да он просто плохо разгоняет, — усмехнулась «ящерица». — Отрезал бы парочке надоедливых стервочек что-нибудь без возможности восстановления. Или отправил самую активную доставалу в мой морг, и страх перед перспективой стать трупом перевесил бы желание залезть в постель инкуба.

— Я не инкуб.

И снова характерный скрежет зубов сквозь отдающие металлом интонации.