Магическая академия. Достать василиска!

И как только догадался? Неужели мои косые взгляды на лежащий на столике талмуд были столь красноречивы? Магия, которая обычно бунтовала в подобные моменты, сейчас затаилась, будто мышь под веником. Двери были закрыты, метла отсутствовала, окно, в которое я подумывала сигануть, искрилось от магической завесы, видимой даже сквозь плотные шторы. В таких условиях можно было спорить с Сигурдом сколько угодно, но, в конце концов, он меня все равно переспорит. Поразмыслив в таком ключе, я принялась расшнуровывать черный корсет на форменном костюме с аббревиатурой АРиС на груди.

Я ведь отказывалась? Да! А он настоял? Именно! Ну, так ему же хуже.

Первая петля, вторая, третья… Пальцы начали подрагивать, сбиваться, а в голове крутилась одна-единственная мысль:

«Что же я делаю, дурочка?»

Лицо горело, шея и кончики прикрытых волосами ушей — тоже. Закушенная от волнения губа начала ныть. А былая решительность таяла на глазах. Нет, не могу я! Ну этого лекаря к демонам с его ответственностью и благими намерениями! Я резко вскинула голову, желая сообщить эту новость василиску, и потерялась в серебристо-серых омутах его невероятных глаз.

— Я же проси-и-ила… — простонала обреченно. Вот только покорной куклой, готовой выполнить любой приказ мужчины, я себя вовсе не ощутила, как было при первой встрече, а влюбленной девушкой — да. Или я просто не до конца понимала, чем отличается одна от другой?

— Так лучше, Кати, — сказал чертов полукровка. — Для тебя же лучше, — добавил он, расшнуровывая мой корсет.

— Почему это? — завороженно следя за его пальцами, спросила я, в очередной раз поражаясь трезвости ума. Прикажи он мне раздеваться и танцевать, как говорил ранее, не стала бы. Но и возражать против его действий не спешила. Все равно ведь разденет, только опять по-варварски. А мне форма нравится, и терять ее, как платье, не хочется. Да и любопытно, что дальше будет, вот.

— Потому что сможешь потом меня во всем обвинять, — чуть улыбнулся он.

Корсет полетел на диван, настала очередь блузки.

— Давай-ка так, — пробормотал лекарь, разворачивая меня к себе спиной. Я не сопротивлялась. Так и правда было лучше. А еще в этом положении я не видела его глаз. Вот только вместе с радостью пришло разочарование. Глаза у василиска красивые и дар опасный.