Глупая серая мышка

Потому что воля танцовщицы, заставила всех, кто не успел, также как и я, защититься, выпустить на волю то, что они прятали под масками холодности и равнодушия. Она вытащила из них жажду любить и быть любимыми. Она гнала их друг к другу. Она заставляла их открывать сердца и видеть. Видеть то, что обычно ускользало от их внимания.

И, глядя на них,  я тоже сдался. И опустил щиты. И меня обдало зноем. И сердце вздрогнуло, замерев взглядом на одинокой фигуре, что распласталась по паркетному полу.

Моя душа рванулась к ней.

И я сделал шаг к этому сломанному телу. Я приподнял ее за плечи, и, удивленный взгляд был ответом на мое прикосновение.

Я прижал ее к себе, чтобы отдать себя. Чтобы своим огнем стереть холод с ее души, вырвать тоску из ее сердца.

И… все закончилось.

Мелодия растаяла, потерявшись в огромном зале. 

Пары удивленно взирали друг на друга, не осознавая еще до конца, что сейчас с ними сделал этот ребенок.

И только Повелитель, что также как и я, закрылся щитами, с все понимающей ухмылкой, смотрел на растерянность, что царила в бальном зале королевского дворца.

Он медленно подошел к девушке, опустился перед ней на колено, поцеловал край ее платья. Затем, поднявшись, прикоснулся губами к ее рукам, тщательно пряча клыки.

- Скажи, дитя, чего ты хочешь за свой танец?

Не успел я подумать о том, что это был опрометчивый со стороны демона вопрос, как она ответила. Полностью осознавая, насколько многое она могла сейчас просить.

- Я прошу «Кристалл возврата».

И Азмаил, принимая ее выбор, опустил голову.

***

Меня привели в будуар к королеве. На диванчиках и креслах были разложены платья. Разные. Но…   очень подходящие для танцовщицы.

Кажется, к моему появлению успели подготовиться. Вот только кто?

Но этот вопрос я оставила на потом.

Что я буду танцевать, я поняла сразу. Как только увидела, как переглядываются король и Повелитель демонов. Один был огорчен, что ошибся. Другой радовался, что угадал. Но они оба не воспринимали меня всерьез. Я была для них всего лишь ребенком.  И даже Лекс, который уже не один раз видел мое общение со стихиями, он тоже видел во мне, в первую очередь существо, требующее его опеки и внимания.