Блеск чужих созвездий. Часть 1

В прищуренных глазах Лиса плескалось холодное золото одиночества, в котором он сам тонул и утянул бы за собой любую, что попалась бы в его лапы. Поэтому Таня без сожалений отбросила кубок, что все еще держала в руке, и мед янтарными каплями расплескался по влажной траве.

— Вот, как и обещала — Татана, — объявила Мана, когда притащила свою жертву в круг девушек. Некоторые из них улыбнулись вновь прибывшей, другие скорчили недовольные гримасы. — Мы плетем венки. Знаешь, такой круг из цветов, что на голову надевают? Только это осенний венок, поэтому тут у нас ветки, колосья, листья, поздние цветы.

Таня внимательно посмотрела на девушек, которые с неподдельным интересом увязывали сухоцветы в головной убор. На губах их плясали загадочные улыбки, глаза блестели от вина и волнения. Пламя костра бросало на лицо густые тени, искажая черты, и девушки казались таинственными гостьями из неведомой страны. Вот только Таня не могла разделить их восторг.

— Нет, я не умею, — она отодвинула колосья, что ей предложили. — И не буду. Это вот все… не мое.

Сидящие рядом с ней девушки подняли на нее удивленный взгляд, а одна посмотрела быстро и зло, будто Таня портила всем праздник.

— Нет, Татана, ты должна сплести венок! Или? Ох, погоди, я и не спросила тебя. Ты девица? — спохватилась Мана.

Таня даже растерялась. Посмотрела на свои руки, пусть с коротко стриженными ногтями, но вполне женские, потом проверила, не потерялась ли грудь, но та оказалась там, где ей и положено.

— Я двадцать лет есть девица, — ответила она.

— Нет, у тебя есть муж? — Мана блеснула глазами, а девушки захихикали. — Был… мужчина?

— Где был? Ох, раздави ж тебя, — простонала Таня, проследив за взглядом Маны. — Это не дело вас! В моем доме такие темы мы не разговариваем.

— Прости, если обидела, — вполне искренне повинилась девица. — Просто если у тебя был мужчина, то гадание не сбудется.

— Можно, — коротко ответила Таня и взялась было за стебли, но потом опомнилась и отбросила их. — Но я не буду! Эти девочьи штуки не для меня.

— А ежели тебе можно, так и не артачься, а бери и плети венок со всеми, как нормальная девушка, — Мана всучила ей ветку, на которой повисла тяжелая гроздь ярко-красной рябины.