Блеск чужих созвездий. Часть 1

— Дык откуда ж мне знать? — развел руками Дано. — Только я должен вас проводить к двенадцати утра, а то ж съест меня и не подавится, — он хохотнул, а потом огляделся, будто боялся, что его шутку мог кто-нибудь услышать.

— Тогда мы наденем плащи и спустимся, — сказала было Росси, но мужчина замотал головой:

— Нет, там тепло. И идти нам споро придется. Да и времени нет, я и так с лошадьми провозился. Пойдемте, а? Не хочу я дра… Дэстора нашего злить.

Росси еще раз переглянулась с Таней, та пожала плечами. В конце концов, Жослен же говорил, что нужно увидеть реку.

Вот она и увидит.

— Ну веди.

Однако стража у ворот была удивлена просьбой Дано их пропустить.

— Я никаких указаний от дэстора не получал! — заявил стражник. На нем был легкий металлический доспех и шлем, украшенные простым изображением дракона, изрыгающим пламя, как фирменным знаком украшают одежду или обувь. Выглядел стражник хмурым и обеспокоенным.

— Точно! — Дано хлопнул себя ладонью по лбу и достал из нагрудного кармана металлический кругляш.

— Вот, дэстор просил передать в доказательство.

Стражник взял кругляш, покрутил его и так и эдак. Таня ждала, когда он попробует металл на зуб, но мужчина сдержался.

— Похоже, и правда мангоновский. Он тут такую выволочку всем устроил за то, что без доклада Роттера в замок пустили. Да кто ж знал? Он же только вышел, документы какие-то забыл… Важная шишка в конце концов. А Мангон рвал и метал. Вон, в железки сразу оделись, — стражник постучал себя по кирасе костяшками закованных в металл пальцев, — по струнке все ходят.

— Понимаю. Я сам не рад. Знаешь же, сколько у меня работы. Но приказы сам знаешь кого не обсуждаются, — Дано выразительно поднял брови.

— Это верно, — вздохнул стражник. — Эй, Кислый, пропусти их! Приказ Мангона.

Дано посмотрел на Таню. В его нестриженной косматой бороде появилась подбадривающая улыбка. С гулким стуком упал внизу холма подъемный мост, и Таня в сопровождении Росси и драконьего слуги отправилась на встречу с Мангоном.

Осознание, что она наконец-то на свободе, пришло внезапно.

Закружилась голова. Ее никто не держит, не хватает. Можно скинуть подобие юбки и убежать, и никто ее не догонит, даже этот бородатый человечек. Можно закричать, и разве что птицы поднимутся из травы. Никаких дверей, никаких замков, ни плена, ни смерти. Таня повернулась. Вокруг простиралось поле. Трава, высокая, большей частью уже пожелтевшая, жесткая, хлестала по ногам. На ветру покачивались налившиеся колоски.