Разыскивается чудовище

Окинул меня быстрым взглядом от взъерошенной рыжей макушки до красных бот. Лицо гонщика из-за затемненного магического стекла визора было не разобрать.

— Извини, я думала, гирлянда прочнее. — Я дотронулась до белой пряди в челке, отдернула руку (огрова вредная привычка), отцепила от куртки еловую ветку.

Сунула пятерню в ворот куртки, вытащила подтаявшие запасы снега. Вместе с ним вытащился золотой кулон-сердечко, украшенный растительным узором. Я торопливо заправила его, боясь потерять.

Байкер нажал на шлем в районе уха.

На скуластом лице гонщика сияли синие глаза. Слишком яркие для человека, слишком светящиеся.

У всех высших фейри глаза напоминают драгоценные камни, подсвеченные изнутри. У этого они были как два темных осколка летнего моря.

Подняв чароцикл, он провел пальцами по голове, взъерошивая и без того взлохмаченные короткие черные волосы. Задел рукой слегка заостренное ухо, в мочке блеснуло серебряное кольцо серьги с рунами по ободу.

Привлекательный.

Высшие фейри вообще все привлекательные.

У них же есть флер — врожденное очарование. И мне лучше убраться подальше. Не из-за флера, из-за другой черты фейри: мстительности.

— Я не хотела тебя сбивать, — протараторила я, незаметно отступая.

Хозяин черного монстра покосился на меня, вздернул бровь, колдуя над рулем.

— Я просто летела вниз, а ты неудачно там проезжал. Гравитация и все такое. Вот мы и встретились. — Виновато улыбнувшись байкеру, я помахала ему еловой веткой и бросила ее в сугроб.

Фейри снова активировал шлем, явно собираясь уехать.

— Ты, выхухоль болотный! — гаркнула басом куча снега, бок которой я только что украсила куском гирлянды.

Из-за белого холма на обочине вышел коренастый мужик в клетчатой куртке с капюшоном, надвинутым до массивного подбородка.

— Куда прешь? Совсем фей не ловишь? Что тебе тут, гоночная трасса? — гаркнул он, поворачиваясь к фейри.

Кажется, мы слегка задели тонкую душевную организацию клетчатого эстета гонкой, моим полетом и падением.

Клетчатый с воплем радости и предвкушения ринулся на фейри. Тот увернулся. Мужик, несмотря на невысокий рост и массивность, оказался шустрым: пара выпадов, и обнял его как родного, в смысле, выполнил захват.

Вдалеке протяжно завыли полицейские сирены. Клетчатый отпрянул, рысью бросился прочь.

Фейри пожал плечами, повернулся к чароциклу.