Амалия. Перекроить судьбу

Было жуть как интересно спросить, почему же он пустил меня и не даёт обижать. Но страх пересиливал любопытство, поэтому спрошу попозже, когда перееду в своё жильё. Мало ли что! А вдруг он не видит меток и после моего вопроса не пустит больше на порог?

Я уже доедала, как хлопнула дверь, и в помещение вошёл Васил. Увидев меня, он широко улыбнулся и направился ко мне.

— Встала уже! Это хорошо. Доедай и поехали, — радостно принялся командовать мужчина.

— А вы что здесь делаете? — удивилась я, дожевывая колбаску. — По делам или вещи забрать?

— За тобой приехал.

Миларка отправила, — отчитался мужчина.

— Так я не планировала так рано ехать, — растерянно пробормотала. — Думала, ближе к обеду.

— Милка сказала, чтобы вёз тебя скорее, потому что та леди хочет с тобой встретиться. Ты вчера уехала, а Милка моя, никак ей на месте не сидится, сбегала к той бабке и поговорила насчёт тебя. Дескать, ищет девушка дом. Вот и согласилась она с тобой встретиться.

— Ого, — только и смогла выговорить. — Тогда едем.

Я парой глотков допила морс и подхватила сумку.

Ну что же, прогулка отменяется, но может, дом получится купить.

— А что Милара про меня рассказала? — поинтересовалась, пока шли к экипажу.

— Да рассказала, что ты пострадала от рук сволочи и теперь с малышом жильё ищешь.

Я едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Ну, Милара! Я не думала, что она всё расскажет, да ещё и посторонней женщине.

Мы проехали дом Милары, а вскоре остановились около маленького домишки. Да, именно так и можно охарактеризовать продаваемое жильё – домишка.

Маленький, аккуратный, в два этажа. Навскидку один этаж занимал всего квадратов тридцать, а второй этаж мансардный. Зато перед домом был настоящий цветник. Между кустами роз, камелии и сирени пролегали узкие дорожки из брусчатки, а крыльцо дома и козырёк над входом украшали розы фиолетового цвета. Кажется, этот вид цветка называется плетистым, но утверждать не буду – слишком далека от ботаники.

— Милара уже у неё, так что идём, — поманил меня за собой Васил.

— И ничего не бойся, я в обиду не дам.

Вот после таких слов обычно и становится очень страшно, но, сделав пару глубоких вдохов, я, переборов панику, последовала за мужчиной прямо к белоснежной двери.

Дверь нам открыла женщина лет восьмидесяти. Хрупкая старушка снаружи, но в глазах виднеется стальной стержень. Она ещё долго прожила одна, да и выглядит очень даже неплохо.

— Я – леди Мариэлла, — представилась женщина, окинув меня внимательным взглядом. — Проходите.