Амалия. Перекроить судьбу

Уставшая и голодная, я не смогла в полной мере насладиться величием крепостной стены. В отличие от Малинок, Лирх был огорожен каменной стеной, к которой подъехать можно только по мосту через глубокий ров. Железные кованые ворота были призывно распахнуты, но проехать мимо стражников устрашающего вида никто не мог. Здесь, как и в Малинках, тоже требовали плату за въезд, но цена чуть выше: по две серебрушки с человека. Но, справедливости ради, за Итана плату не взяли. Лишь скользнули по нам безразличным взглядом и коротко скомандовали:— Проезжайте.

Город всё же достаточно сильно отличался от Малинок. Первое, что бросилось в глаза – мощёная улица и тротуары, располагающиеся чуть выше уровня дороги. Сама же дорога была немного выпуклой, из-за чего отсутствовали лужи. Вода стекала к тротуарам и уходила за пределы городской стены.Лирх, несмотря на позднее время, был оживлён. Мимо нас проезжали крытые экипажи, открытые кареты и такие же телеги, как у Васила. Одиноких всадников было мало, но и они не гнали галопом, а двигались размеренной трусцой.

— Амалия, — окликнул меня Васил. — Попробуем остановиться здесь. Попробуешь сама или с тобой сходить?

Я внутренне сжалась. Одной? Туда? Опять под насмешки?

— Васил, я готова поговорить с хозяином постоялого двора, но боюсь идти одна, — призналась тихо.

— Хорошо, тогда идём, — кивнул Васил, спрыгивая на брусчатку и подводя Вьюгу к коновязи.

Я спустилась на землю, взяла Итана и, дождавшись Васила, двинулась к дверям.

Кивнув, я распахнула двери и с удивлением обнаружила, что ожидания не оправдались. Никакого грязного стола и пьяных криков. Столики были, да. Но за ними спокойно ужинали люди. За парочкой столов пили пиво мужчины, посмеиваясь и что-то рьяно обсуждая. Даже сцена была в углу помещения, на которой стояла молодая женщина и очень красиво пела.

Я подошла к стойке и обратилась к мужчине, который наливал пиво в большую кружку.

— Скажите, у вас можно снять две комнаты? — осторожно спросила, силой воли заставляя себя не сжиматься от страха.

— Две комнаты на третьем этаже, две серебрушки каждая. Ещё за две серебрушки ванная в каждую комнату и ужин. За серебрушку будет ещё и завтрак, — монотонно проговорил мужчина, мельком взглянув на нас.