Одна Зима на Двоих

Притаившись под навесом, она смотрела, как в центре большого круга танцуют девушки. Они были босыми. Их бедра были прикрыты клочками струящейся полупрозрачной ткани, длинные волосы разметались по плечам. Их лица покрывал причудливый рисунок из белых и красных линий, он же спускался по шее на обнаженную грудь. На узких талиях загадочно поблескивали золотые цепочки, и маленькие камушки, причудливо вплетенные в них, полыхали, ловя отблески костров.

Они танцевали, прикрыв глаза, отдавшись ритму, следуя за ним.

Ким повторяла себе, что здесь ей не место, что надо уходить, но продолжала стоять, наблюдая за тем, как к девушкам присоединились молодые воины. Ритм барабанов изменился, стал резче, отрывистей. Следом за ним учащалось сердцебиение.

Этот танец смущал, заставлял стыдливо отводить взгляд, и будил внутри что-то странное, от чего учащалось дыхание и кололо кончики пальцев.

И тут среди главных воинов и кхассеров, сидящих полукругом, она увидела Хасса.

Он не смотрел на извивающиеся в откровенном танце тела.

Голодным взглядом Хасс наблюдал за ней…

Ким испугалась. И того, что было намешено в этом взгляде, и того, с какой яростью что-то внутри нее рвануло к нему навстречу.

Она отступила, спряталась глубже в тени, а потом и вовсе со всех ног бросилась обратно, и все ждала, что вот сейчас, еще миг и на ее плече сомкнутся чужие жесткие пальцы.

Ворвавшись внутрь, она с разбегу заскочила на сундук и с головой спряталась под шкурой. Сердце громыхало в груди, подстраиваясь под тот ритм, что отбивали барабаны, и казалось таким большим, что еще немного и проломит ребра. Ким зажмурилась и ждала, пытаясь уловить знакомые уверенные шаги, но их не было, а на утро, когда она проснулась, кровать кхассера была нетронута.

Этой ночью в свой шатер Хасс так и не вернулся.

***

— Эй ты, — повар указал на нее тяжелым ножом, — да-да, ты. Иди сюда.

Ким отложила в сторону не дочищённый ковшик, вытерла руки о подол и подошла к мужчине.

— Вон там, — он кивнул на красный поварской шатер, ярким пятном выделяющийся на фоне всех остальных. — ящик с вином. Возьми две бутылки красного и отнеси кхассерам. Смотри не разбей! Шкуру спущу!

— К кхассерам? — с недоумением переспросила она.

Таких поручений у нее еще не было.