Одна Зима на Двоих

Лисса весело семенила следом, не забывая при этом совать свой любопытный нос во все щели: то в чужой шатер, то в ясли к другим виртам.

— Куда она теперь от тебя денется? — ворчливо ответил Хасс, — даже если и отойдет куда-то, то потом сама придет. Вы же связаны. Так что поздравляю, не каждый может таким похвастаться.

У него такой вирты не было никогда.

И ощущений таких нелепых тоже. Что с ними делать, он так и не понял, поэтому решил немедленно отправиться в обход по долине. Куда угодно, чтобы только не сидеть и не смотреть блаженным идиотом, на то, как она воркует со своей виртой.

Больше они не разговаривали. Хасс довел ее до адовара, проследил за тем, чтобы она зашла внутрь и отправился к своим людям, чтобы собрать отряд в обход, а освобожденная, вылечившаяся вирта облюбовала себе место под навесом и принялась кататься в теплом песке.

Глава 18

Ким привычно изнывала в шатре, не зная, чем себя занять. От скуки она уже прибралась, навела порядок в скудных пожитках хозяина, заштопала пару прорех на рубашках.

Она точно с ума сойдет от безделья! Проклятый Хасс! Лучше бы оставил на кухне.

Снаружи послышалась какая-то возня, входной полог дрогнул и в просвет просунулась голова Лиссы.

— Эй! Тебе сюда нельзя! — возмутилась Ким, — Хасс тебя на котлеты пустит, если в его шатре наследишь.

Вирта пренебрежительно фыркнула, но войти не посмела. Так и осталась на пороге: зад снаружи, голова внутри. Темные глаза равнодушно изучали более чем скромную походную остановку адовара и наполнились интересом лишь когда приметили на столе тарелку с лепешками.

— Тебе же они не нравились, — усмехнулась Ким, забирая самую большую из них

Вирта требовательно всхрапнула и вытянув шею, попыталась дотянуться до угощения.

— На, чудовище прожорливое, — грустно вздохнула девушка, наблюдая за тем, как лепешка молниеносно исчезает в пасти, — хоть у кого-то здесь есть аппетит.

Лисса тоненько заржала и мотнула головой, будто предлагая выйти наружу.

— Мне нельзя выходить. Я в плену — приподнимая пальцем золотое украшение, окольцовывавшее шею, — Видишь?

Безделушка на вирту не произвели никакого впечатления. Вместо этого она снова потянулась к лепешкам, но вторую порцию получить ей не удалось, потому что с улицы раздался звонкий девичий голос:

— Ну-ка с дороги!

Голова вирты тут же пропала из шатра.

— Ишь ты, морда любопытная. — Елена, перехватив поднос одной рукой, второй шлепнула по темному крупу.