Дом и два жениха в придачу

Правильнее спросить, какими ветрами пожилую даму занесло в эти края? Отчего бы ей не обосноваться поближе к людям? Как она выбиралась из этой глуши за покупками? Тоже ходила через лес вооружившись винтовкой на пару с Белокосовой? Или договорилась с кем-то о доставке? Так на этом разоришься. Тилль и сам вчера порядком поколесил по окрестностям, пока не нашел дом. А его мобиль куда быстрее и мощнее привычных в Тергороде повозок или трамваев.

Ярине тоже придется долго шагать через лес, затем не меньше сорока минут трястись на трамвае.

— Белокосова! – крикнул он в коридор, не надеясь, что его услышат, но хрупкая барышня почти сразу возникла на пороге.

— Я уезжаю на занятия и ваши кошелек и честь могут спокойно подремать примерно до пяти вечера.

— Решил рискнуть ими и подвезти вас, — махнул рукой Тилль.

— Спасибо, такая честь, но время уже поджимает.

— Куртку накину – и едем, сильно не подожмет.

Ярина испуганно попятилась, будто Тилль грозился не просто подвезти ее, а заманить в лес и прикопать там под корнями дуба. Или хуже того – обесчестить. Тилль тоже слегка растерялся: раньше девушки от него не шарахались, напротив, старались держаться поближе.

— Да бросьте, во мне еще говорят сырники, до десяти минимум я добр и обходителен.

— Ладно, — осторожно согласилась она и сделала шаг навстречу. – Но учтите, что Глаша знает, с кем я уехала и при случае передаст подозрения полиции.

— Ее я точно не расстрою.

— И приведите себя в порядок, не хочу пересудов, — строго заметила Белокосова. Ей бы еще очки на нос и платье потемнее – вылитая классная дама из их лицея получится. Та отчитывала Тилля с такой же интонацией и усердием.

— Вы по пути хотите меня с матушкой познакомить? Или просто в свой университет поскорее добраться?

Она повыше задрала нос, выражая всю бездну презрения к неотесанным мужланам, и пошагала к выходу, расправив плечи.

Даже по меркам Нюрнга или Фарузы мобили были редкостью, а Руда, с ее перепадами температур и обширными территориями, активнее развивала железные дороги и трамвайные пути. Но Тилль уже так привык к своему мобилю, что не решился оставлять его дома.